Голлум вел их вплотную к скале. Они пока никуда не карабкались, но земля была теперь более неровной, усыпанной глыбами и осколками камня. Шли медленно и осторожно. Сколько прошло времени с тех пор, как они вошли в Моргульскую Долину — ни Сэм, ни Фродо не смогли бы сказать. Ночь казалась бесконечной.
В конце концов они увидели перед собой еще одну стену — и еще одну лестницу. Они снова остановились и снова начали карабкаться. Подъем был долгим и утомительным; однако на сей раз лестница не зарывалась в скалу. Здесь высокая гора отклонялась назад, и тропа, как змея, извивалась по ней. В одном месте она подползла к самому краю темной пропасти, и Фродо, заглянув вниз, увидел большое ущелье в начале Долины Призраков. По нему, мерцая, как светляк, пробиралась от Мертвого Города к Забвенному Перевалу призрачная дорога. Фродо поспешно отвернулся.
Лестница всё вилась, всё ползла вперед и вверх, пока наконец последним коротким прямым пролетом не выбралась снова на плато. Тропа уводила в сторону от главного перевала в большом ущелье и шла своим опасным путем по дну меньшей расселины, лежащей высоко в Горах Тьмы. Хоббиты смутно различали гигантские каменные столбы и иззубренные башни по обеим сторонам, между которыми были щели и трещины темнее ночи, где позабытые зимы глодали и точили не знающий солнца камень. И багровый отсвет в небе казался теперь ярче; хотя они не сумели бы сказать, пришло ли в эти гиблые места утро, или же они видят пламя ярости Саурона, бушующее в Горгороте. Всё еще далеко и всё еще высоко увидел Фродо — как он догадался, взглянув вверх — самый конец этой мучительной дороги. На фоне угрюмой красноты восточного неба расселина врисовывалась в последний хребет — узкая, глубоко прорезавшая черную скалу; а на каждом плече скалы стоял каменный рог.
Фродо остановился и пригляделся повнимательней. Левый рог был высоким и стройным; и в нем горел багровый свет — или свет, что горел в землях позади, просвечивая сквозь дыру. Теперь хоббит видел: то была черная башня, нависшая над перевалом. Он схватил Сэма за руку и указал вверх.
— Не нравится мне это! — нахмурился тот. — Выходит, этот тайный путь все-таки охраняется, — проворчал он, поворачиваясь к Г оллуму. — И ты об этом знал, а?
— Все пути охраняются, — сказал Голлум. — Конечно, охраняются. Но хоббитам надо как-то пройти. Этот путь охраняется меньш-ше. Они, наверное, все ушли на войну, все уш-шли, наверное.
— Наверное, — пробурчал Сэм, меряя дорогу взглядом. — Это нам еще идти и идти, пока мы дотуда дойдем. А потом ведь еще «ход»… Надо бы вам отдохнуть, господин Фродо. Не знаю, который теперь час дня или ночи, но отшагали мы немало.
— Да, мы должны отдохнуть, — согласился Фродо. — Давайте найдем какой-нибудь уголок без ветра и соберемся с силами — для последнего броска. — Потому что сейчас это было правдой для него. Ужасы лежащего впереди края и дело, которое надо будет сделать там, казались далекими, слишком еще далекими, чтобы думать о них всерьез. Все мысли его были заняты непроходимой стеной и стражей: мимо них надо было пройти. Если ему удастся совершить эту невозможную вещь — тогда и главное его дело как-нибудь сделается — так, во всяком случае, мнилось ему в тот черный усталый час, тихо тянувшийся в каменистой тьме под Кириф-Унголом.
В темной щели между двумя гигантскими скальными столбами они уселись: Сэм и Фродо чуть в глубине, а Голлум свернулся на земле у входа. Здесь хоббиты поели — в последний раз перед тем, как войти в Забвенные Земли, а может быть — и вообще в последний раз. Они съели понемножку гондорской еды и по кусочку эльфийских галет и отпили по глотку из фляг. Воду надо было беречь, и они лишь смочили иссушенные рты.
— Интересно, когда мы опять найдем воду? — озабоченно спросил Сэм. — И найдем ли?.. Но ведь они там, наверное, тоже пьют? Орки пьют или нет?
— Они-то пьют, — отозвался Фродо. — Но их питье не для нас.
— Тогда нам тем более надо наполнить фляги, — Сэм хмуро оглядывался. — Да вот беда; нету здесь воды, я уж сколько прислушиваюсь — не журчит. И Фарамир не велел нам пить моргульскую воду.
— «Не пейте ни из одной реки, текущей из Имлад-Моргула», — так он сказал, — проговорил Фродо. — А сейчас мы уже не в долине, и если набредем на ручеек — так он будет течь туда, а не оттуда.
— Я не поверю ни одному здешнему ручью, — уперся Сэм, — до тех пор, пока не буду умирать от жажды. Здесь везде зло, — он принюхался. — Ну и вонища! Чуете? Очень подозрительный запах. Не нравится он мне.
— Мне здесь вообще ничего не нравится, — вздохнул Фродо. — Тут камня стук — что кости звук. Земля, вода, воздух, — кажется, всё проклято. Но так уж пролег наш путь.
