— Это-то так, — сказал Сэм. — А пожалуй, знай мы больше, когда уходили — нас бы здесь не было вовсе. Но, сдается мне, это всегда так. Геройские дела в старых сказках и песнях, господин Фродо: я их зову похождениями. Я — то прежде думал, что все эти дела герои совершали и искали их потому, что хотели этого, потому что жизнь была малость скучновата, а им не сиделось дома — что-то вроде развлечения, как сказали бы вы. А оказывается, всё вовсе не так. Герои-то, кажется, обычно просто попадали в них — так уж пролегал их путь. И у них, верно, было много возможностей, вроде как у нас, повернуть назад, только они не поворачивали. А коли поворачивали — так мы про то не знаем, потому что про них позабыли. Мы слышим о тех, кто шел вперед — и не всегда к счастливому концу, заметьте себе; во всяком случае, не всегда к тому концу, который сами назвали бы счастливым. Знаете: вернуться домой и узнать, что всё в порядке, хоть и изменилось немного, — как вернулся старый господин Бильбо. Однако эти сказки не всегда самые интересные, хоть оказаться-то в них, должно быть, интересней всего! Да, сударь, хотелось бы мне знать, в какую сказку угодили мы?..
— И мне бы хотелось, — ответил Фродо. — Но я не знаю. Как и во всякой настоящей сказке. Припомни-ка любую, ты ж ими битком набит. Ты можешь знать, или догадываться, какая это сказка: со счастливым концом или с грустным, но герои — то ее этого не знают. И ты не захочешь, чтоб они знали.
— Понятное дело, не захочу, сударь. Взять хоть Берена: он и думать не думал, что ему придется добывать Сильмариль из Железной Короны в Тангородриме — и однако добыл, а ведь это было лихое место, и опасность ему грозила куда чернее, чем нам. Но это долгое сказание, и идет из счастья в печаль и за них — история Сильмариля продолжалась, пока не дошла до Эарендиля… Вот так штука, сударь! Как же я раньше-то не подумал! У нас… у вас ведь с собой немножко его света в светильнике, который дала вам Владычица в дорогу! Ежели так — то мы, значит, в той же сказке?! Она продолжается. Неужто великие предания не имеют конца?
— Они не кончаются, как предания, — сказал Фродо. — Но герои их приходят и уходят, сыграв свои роли. Наша роль тоже кончится позже — или раньше.
— И тогда мы чуток отдохнем и поспим, — Сэм мрачно рассмеялся. — Я только это и имел в виду, господин Фродо. Я имел в виду: просто отдыхать, и спать, и просыпаться, чтобы поработать утром в саду. Я ведь все время только об этом и думаю. Все эти огромные важные планы не для меня. Но всё же хочется знать, попадем ли когда-нибудь в песню или предание? Мы и так в одном, конечно; я хотел сказать: в те, что рассказывают вечером у огня или читают по большим книгам с красными и черными буквами годы и годы спустя. И люди скажут: «Послушаем историю о Фродо и Кольце!» И кто-нибудь скажет: «Это моя самая любимая сказка. Фродо был очень смелым, правда, дед?» — «Да, малыш, славнейшим из хоббитов, а это говорит о многом».
— Это говорит о слишком многом, — сказал Фродо и засмеялся. Подобный звук не раздавался в этих местах с тех пор, как Саурон явился в Средиземье. Сэму вдруг почудилось, что все камни прислушиваются, а высокие скалы склоняются к ним. Но Фродо не обращал на них внимания; он опять засмеялся.
— Ну и Сэм, — едва выговорил он. — Вот послушаешь тебя — и решишь, что история уже написана. Но ты позабыл об одном из главных героев — Сэммиусе Отважное Сердце. «Мне хочется услышать побольше о Сэме, дед. Я его люблю, меня веселят его разговоры. Почему о нем так мало? Фродо не ушел бы без него далеко, правда, дед?»
— Зря вы смеетесь, господин Фродо, — хмуро сказал Сэм. — Я ведь серьезно.
— И я серьезно, — перестал смеяться Фродо. — Мы немного поторопились. Мы с тобой, Сэм, всё еще в худшем из мест предания, и очень похоже, что кто — нибудь скажет сейчас: «Закрой книгу, дед. Мы не хотим читать дальше».
— Очень может быть, — сказал Сэм, — Но я на месте «кого-то» не сказал бы этого. То, что происходит в преданиях и на самом деле — вещи разные… Даже Голлум был бы хорош в предании, куда лучше, чем здесь с вами. И он сам иногда рассказывает легенды. Интересно, кем он себя считает: героем или плутом?
Голлум! — позвал он. — Хочешь быть героем?.. Эй, а куда это он опять запропал?
У входа в трещину его не было, не было и во тьме неподалеку. Он отказался от их еды, хотя, как всегда, принял воду; а потом свернулся, чтобы спать. Вчерашнее его отсутствие можно было объяснить поисками еды; а сейчас он снова ускользнул. Но зачем на сей раз?
— Не нравятся мне эти его тайные уползания, — заметил Сэм. — И особенно теперь. Не может же он охотиться — тут даже мха нет!
— Ты напрасно не доверяешь ему, — возразил Фродо. — Мы не пришли бы сюда, даже не увидели бы перевала, если б не он, а поэтому должны мириться с ним. Если он предатель — он предатель.
