— Итак, от Отряда осталось четверо, — сказал Арагорн. — Мы едем вместе. Но не одни, как я думал. Князь пожелал выступать немедля. С тех пор, как пролетела крылатая тень, он жаждет вернуться в горы под покровом ночи.
— А потом куда? — спросил Леголас.
— Еще не знаю, — отвечал Арагорн. — Что до князя, он отправится на сбор, который созвал в Эдорасе. Там, как я понимаю, он узнает о войне, и роандийцы выступят в Минас-Тириф. Что же до меня и тех, кто пойдет со мной…
— Я первый! — воскликнул Леголас.
— И Гимли с ним! — добавил гном.
— Что до меня, — повторил Арагорн, — передо мной — тьма. Я тоже должен идти в Минас-Тириф, но пока не вижу дороги. Долгожданный час близок.
— Не бросайте меня! — взмолился Мерри. — Пользы от меня, конечно, маловато… но это не по мне: быть поклажей, к которой возвращаются, когда всё позади. И всадникам уж, наверное, сейчас не до меня — даром что их князь сказал, что я буду сидеть с ним рядом, когда он вернется в свой дворец.
— Да, — сказал Арагорн. — Твой путь лежит рядом с его путем, Мерри. Но не жди ни веселья, ни радости. Нескоро еще, боюсь, вернется Теодэн в свой дворец. Много надежд растает этой весной.
Вскоре все были готовы к отъезду: двадцать четыре коня, Гимли позади Леголаса, Мерри перед Арагорном. Отряд быстро мчался сквозь ночь. Не успели они миновать курганов у Исенских Бродов, как из арьергарда галопом принесся всадник.
— Сеньор, — обратился он к князю. — За нами конные. Я слышал их от самых бродов, но сомневался. Теперь мы уверены. Они нагоняют нас.
Теодэн тут же приказал остановиться. Всадники развернулись и опустили копья. Арагорн спешился, спустил Мерри на землю и, обнажив меч, встал у стремени князя. Йомер со своим оруженосцем поскакал к арьергарду.
Мерри чувствовал себя еще более ненужным, чем всегда, и размышлял, что он должен делать, если начнется бой. Маленький отряд князя наверняка попал в ловушку, их перебьют, а он скроется во тьме — один в безбрежных роандийских степях, понятия не имея, где он и куда идти… «Мало хорошего!» — сказал он себе. Он вытащил меч и стиснул эфес.
Заходящая луна скрылась за большой тучей, но вдруг вынырнула опять. Потом все услыхали стук копыт, и в тот же миг увидали темные тени, летящие от Бродов. Лунный свет бликами вспыхивал на остриях копий. Сколько преследователей, понять было трудно, но, казалось, их не больше, чем роандийцев.
Когда они были в каких-нибудь пятидесяти шагах, Йомер громко крикнул: — Остановитесь! Кто скачет по землям Роханда?
Кони преследователей встали. Повисла тишина; а потом один из конников спешился и медленно пошел вперед. Рука его забелела в лунном свете, когда он, в знак мира, вытянул ее ладонью наружу; но воины князя не убрали оружия. В десяти шагах человек остановился. Он был высок — долгая черная тень. Зазвенел чистый голос.
— Роханд?.. Роханд, сказал ты? Радостно слышать! Мы издалека, мы ищем эту землю — и очень торопимся.
— Вы нашли ее, — сказал Йомер. — Перейдя броды, вы вступили в нее. Но это владения князя Теодэна. Никто не ездит здесь без его дозволения. Кто ты? И куда вы спешите?
— Я дунадан Халбарад, следопыт с Севера, — прокричал человек. — Мы ищем некоего Арагорна, сына Арафорна, и прослышали, что он в Роханде.
— Вы нашли и его! — Арагорн бросил Мерри повод, кинулся вперед и обнял незнакомца. — Халбарад! — молвил он. — Самая неожиданная из всех радостей!
Мерри с облегчением перевел дух. Он совсем уже решил, что это последняя уловка Сарумана, чтобы погубить князя, когда его почти некому защитить; но, кажется, пока не требовалось умирать во имя Теодэна. Он спрятал меч.
— Все в порядке, — сказал Арагорн, возвращаясь. — Это воины моего народа — они из тех дальних земель, где я родился. Но с чем они пришли и сколько их — нам скажет Халбарад.
— Со мной тридцать человек, — отозвался Халбарад, — Это все, кого удалось собрать: мы спешили. Но с нами братья Элладан и Эльрохир, они пожелали отправиться на войну. Мы скакали быстро, как могли, когда пришел твой зов.
— Но я не звал вас, — удивленно глянул на него Арагорн, — кроме как в душе. Мысли мои часто обращались к вам; однако я не посылал ни слова. Но это всё должно подождать. Мы скачем в великой спешке и великом страхе. Присоединяйтесь к нам, если дозволит князь.
Теодэн обрадовался.
— Очень хорошо! — воскликнул он. — Если эти родичи такие же, как вы, сьер Арагорн, тридцать рыцарей — сила, неизмеримая полюдно.
Затем отряд снова пустился в путь, и Арагорн некоторое время скакал с дунаданами; и, когда заговорили о вестях с севера и юга, Эльрохир сказал ему:
— Я принес тебе Слово от отца: «Время выходит. Если торопишься, — вспомни о Тропе Мертвецов».
— Мне всегда не хватало времени, чтобы достичь желаемого, — ответил Арагорн. — Но воистину велика должна быть моя спешка, чтобы я вступил на эту тропу.
— Будущее покажет — и скоро, — проговорил Эльрохир. — Но не будем говорить об этом под открытым небом!
Арагорн обратился к Халбараду:
— Что ты везешь, родич?
