Капитан был человеком безотлагательного действия. В походах он прославился решительностью и энергичностью. Он поедет к ней и лично попытается уговорить, склонить ее сердце к согласию. Подумаешь, возраст! Возраст – это пустяк, нельзя допустить, чтобы разница в годах встала между ним и той, которую он любит.
Не прошло и двух часов, как он уже был снаряжен к марш-броску навстречу своему генеральному сражению.
Он сел в поезд и поехал в Теннесси, где в старом южном городке проживала она.
Теодора Диминг наслаждалась свежестью летних сумерек на парадном крыльце живописного старинного особняка, когда капитан вошел в ворота и зашагал по усыпанной гравием дорожке. Красавица встретила его улыбкой без тени смущения. Он стоял ступенькой ниже нее, и существующая между ними разница казалась не такой уж и заметной. Он был рослый, статный, светлоглазый и загорелый. Она находилась в расцвете женственной прелести.
– Я не ждала вас, – сказала Теодора, – но раз уж вы здесь, можете сесть на ступеньку. Разве вы не получили моего письма?
– Получил, – ответил он. – Потому и приехал. Послушайте, Тео, может быть, все-таки передумаете, а?
Теодора нежно ему улыбнулась. Для своих лет он держался отлично. Ей и вправду нравилась его выправка, его цветущий, мужественный вид… Что если…
– Нет, нет, – решительно произнесла она вслух. – Это исключено. Я к вам прекрасно отношусь, но о женитьбе не может быть и речи. Мой возраст и ваш возраст… не заставляйте меня повторяться, я все изложила вам в письме.
На лице капитана сквозь загар проступил румянец. Он молчал, грустно вглядываясь в вечерний сумрак. Там, вдали, за лесами на горизонте, лежало поле, где некогда стояли бивуаком парни в синих мундирах, отправлявшиеся в рейд к морю. Как давно это было! Воистину, время сыграло с капитаном горькую шутку. Всего каких-то несколько лет стоят стеной между ним и его счастьем!
Нежная ручка Теодоры легла на его загрубелую мужественную ладонь. Чувство, которое она сейчас испытывала, и вправду было сродни любви.
– Прошу вас, пожалуйста, не огорчайтесь, – проговорила она мягко. – Право же, так будет лучше. Какое-то время все бы шло замечательно, но – только представьте себе! Через каких-нибудь несколько лет до чего разными будут наши интересы. Одному из нас захочется по вечерам сидеть дома у камелька, читать книжку, страдая, быть может, от невралгии или ревматизма, а у другого на уме будут одни балы, театры да ужины за полночь. Нет, мой милый друг. Если мы с вами не то чтобы уж совсем январь и май, то во всяком случае октябрь и нежное начало июня.
– Я бы исполнял все ваши желания, Тео. Стоило бы вам захотеть, и я бы сразу…
– И ничего бы не сразу. Это вам теперь так кажется. А когда дошло бы до дела… Пожалуйста, не просите меня больше, ладно?
Капитан проиграл свое сражение. Но он был мужественный воин. И когда он поднялся, чтобы сказать последнее прости, у губ его пролегла жесткая складка и плечи гордо расправились.
Той же ночью он сел в поезд и уехал к себе на Север. А на следующий день он снова сидел в комнате, где на стене висела его сабля. Он одевался к обеду, вывязывая с отменной тщательностью белый галстук. И одновременно произнося задумчивый монолог:
– М-да, а ведь, ей-богу, Тео, пожалуй, все-таки права. Конечно, она симпомпончик, этого никто не может отрицать, но ей сейчас все двадцать восемь годков, а то и больше.
Дело в том, что самому капитану минуло только девятнадцать, и саблю ему если и случалось когда-нибудь обнажить, то разве на плац-параде в Чаттануге, а ближе к военным действиям он даже на Испано-американской войне не успел побывать.
В один из прошлых годов на протяжении нескольких месяцев очень тревожно было вдоль всей техасской границы по реке Рио-Гранде. Там появился внушающий ужас бандит по прозвищу Черный Орел, Гроза Границы. О нем и его сподвижниках ходили жуткие слухи, и особенно много говорили о его устрашающей внешности. Но однажды он внезапно исчез – как будто его никогда и не существовало. Исчезновение Черного Орла даже для членов его банды осталось загадкой. Жители приграничных поселков и скотоводческих ферм находились в постоянном страхе, что он вот-вот нагрянет и опять начнет свирепствовать на равнине, поросшей мескитом…
Но этого никогда уже не будет. Отчего? Чтобы раскрыть вам его судьбу, и написан этот рассказ.
Толчок ко всему этому (в полном смысле слова) дала нога бармена из города Сент-Луи, когда его наметанный глаз различил, как очередной бродяга, известный под кличкой Цыпленок Рагглз, присосался к столу с бесплатной закуской для тех, кто до этого потратился уже на выпивку. Цыпленком был он прозван своими бездомными побратимами из-за того, что нос у него здорово походил на птичий клюв, к тому же он обладал завидным аппетитом и пристрастием к курятине, причем к бесплатной.
