Влюблённые полностью

— Так бывает. — Алекс беспечно пожал плечами и отвернулся, переведя взгляд на висящую над небольшим камином в углу голову оленя. И кто только додумался поставить камин в комнате, где все вспыхнет за секунду? — Видимо что-то пошло не так.

— Или просто кто-то сделал это намеренно, вступив в преступный сговор.

Элеонор, до этого все время молчавшая, издала победное «Ха!» — Александр так и не понял, чему его мать так восторжествовала, но скорее всего она была одной из немногих, кого смерть Эйлин Маккензи если не обрадовала, так ввела в лёгкое состояние приподнятого настроения. Будучи весьма консервативных взглядов, она никак не могла смириться с тесными отношениями ее дочери и лучшей подруги, которую та в один день привела в гостиную к родителями со словами «Познакомьтесь, это Эйлин. Она моя подруга». Алекс оскалился, вспомнив лица родителей в этот вечер и последовавший за этим скандал — он еще никогда до этого не видел Амелию настолько же уверенной в себе и неуступчивой. Он был даже готов ей поаплодировать, если бы ему глаза не мозолила Эйлин Маккензи.

— Детектив, смерть Эйлин была несчастным случаем. — Отец Алекса звучал хрипло и недовольно, словно ему было физически неприятно произносить имя дочери Алана. — Она оступилась на мостках и упала в озеро. Помочь ей, к сожалению, не успели.

— Да, оступилась. Но согласно опросу свидетелей она выпила не так много, чтобы достичь нужного для потери координации состояния. Мы считаем, что Алан Маккензи намеренно накачивал дочь таблетками, зная, к чему может привести их смешение с алкоголем. Несчастный случай — и крупная сумма уже у него в кармане.

Александр держался долго. Он даже досчитал до десяти, пока детектив и родители еще что-то говорили, но уже через секунду после того, как все смолкли, библиотека взорвалась его истеричным смехом. Александр смахивал выступившие на глазах слезы и прикрывал рот рукой, сотрясаясь в припадочных конвульсиях. Он задыхался от накатившего на него хохота и трясся над столом, хлопая себя по колену, как безумный, пока детектив и родители смотрели на него расширившимися от непонятных эмоций глазами.

Первым не выдержал детектив: он несколько раз снова щёлкнул ручкой и негромко прокашлялся — этот звук потонул в непрекращающемся смехе Алекса, и все же он остановился, подавив в себе последнее конвульсивное вздрагивание.

— Вас что-то рассмешило, мистер Куэрво?

— Александр, — прошипела над ухом мать, снова ущипнув его за руку.

— А-ха-ха, да вы просто послушайте себя. Алан Маккензи, — Алекс задохнулся воздухом и зашёлся низким грудным кашлем, несколько раз с силой вытолкнув воздух из легких в прижатый ко рту кулак, — договаривается с неким психиатром, тот выписывает Эйлин двойную дозу таблеток, и этими лекарствами Алан Маккензи травит ее. Вы… вы где вообще такую фантазию нашли?

— Не волнуйтесь, могу поделиться ею с вами при большом желании. Лучше расскажите мне, мистер Куэрво, не знаете ли вы причины подобного состояния Эйлин Маккензи? Все опрошенные утверждают, что в последний год она очень сильно изменилась. Все опрошенные нами знакомые утверждают, что это чувствовалось в ее поведении. Вам что-нибудь известно об этом? — детектив слегка подался вперёд, заглядывая Александру в глаза. — Что произошло год назад?

Смех мгновенно стих. И в библиотеке, и в голове. Словно его никогда и не происходило. Молча смотреть в глаза собеседнику всегда давалось Александру Куэрво с трудом. Но сейчас ему просто было нечего ответить. Пустота звенела в его голове, а маленькие оранжевые круги проплывали перед глазами, отдаваясь на языке желчным привкусом. Глухой тяжелый удар — висок пронзила резкая боль. Рука тут же вскинулась, и пальцы скользнули по абсолютно гладкой коже, единственным изъяном на которой были несколько жирных капель пота. Тихий вскрик — сердце забилось быстрее. И скрип закрывающейся двери. Кажется, он что-то забыл, что-то, скрывающееся за этими отдалёнными образами. Он хмурился, но думать оказалось физически больно: каждая попытка ухватиться за воспоминание, отдавалась в пальцах рук, в пояснице и между рёбер. Дышать стало больно. Александр пытался сделать вдох, но вместо того, только замирал, пока резкие электрические импульсы разливались под его кожей, вгоняясь иголками во все, до чего могли дотянуться.

Здесь было что-то важное. Что-то, чего он не должен был забывать.

— Вам, — слова хрипом вырвались из горла, раздирая его в кровь, — было бы лучше расспросить об этом мою сестру. Амелия бы с радостью рассказала все подробности личной жизни мисс Маккензи.

— Увы. — Мистер Калверт развёл руками и поспешил поджать губы, как будто ему действительно было жаль из-за произошедшего. — Надеюсь, мисс Куэрво скоро поправится. Это большая трагедия. — Он повернулся к отцу Алекса, коротко кивнув. — Искренне вам сочувствую.

— Врачи делают все, что в их силах. Мы, — Диего протянул руку через стол, беря ладонь жены в свою, — благодарны каждому, кто молится за Амелию.

— Господи, ну что за бред. Ну какой во всем этом смысл?