Вне досягаемости полностью

Каждая секунда.

Каждый километр каждого круга.

Я заглушаю двигатель и вылезаю из машины. Команда мне помогает.

Меня встречают улюлюканье и возгласы. Я смотрю вверх, на трибуны, откуда все мои друзья наблюдали за гонкой, подбадривая меня. Они проделали долгий путь, чтобы оказаться здесь и поддержать меня, даже несмотря на то, что я не смогу провести с ними время из-за плотного графика.

Я шутливо подношу ладонь к виску, словно солдат, отдавая зрителям честь. Затем качаю головой, прежде чем сделать глубокий вдох.

Я финишировал по очкам.

Я сплю?

Или это реально?

Но прежде чем я успеваю что-либо сделать или подумать, у моей машины появляется представитель ФИА [13]. Ему нужно взвесить меня, чтобы добавить мой вес к весу машины и проверить, соответствует ли этот показатель минимальному требованию.

– Риггс!

Когда с официальными делами покончено, я направляюсь туда, откуда доносится мое имя, и захожу в гараж «Моретти». Возможно, я промахнулся на несколько сантиметров, пока заезжал в боксы и напугал присутствующих, но они все равно здесь. Радуются заработанным очкам.

Меня поздравляют, хлопают по спине, но когда я пробираюсь сквозь толпу, лицом к лицу встречаю самого мистера Моретти. Карло стоит, прислонившись к стене, засунув руки в карманы, с довольной улыбкой на лице.

– Поздравляю с твоей первой гонкой в «Моретти», – говорит он, протягивая руку. – Мы полны гордости за тебя.

– Спасибо за такую возможность, сэр. – Я киваю. – Дальше будет только лучше.

Карло улыбается.

– Не сомневаюсь.

Я поворачиваюсь, чтобы уйти, но даже понятия не имею, куда двигаться дальше, поэтому с облегчением оборачиваюсь, когда слышу знакомый голос:

– Извини, можно тебя на секунду? – он прорывается сквозь шум. Аня появляется из толпы. – Поздравляю. Отличная гонка. А это значит, что с тобой захочет поговорить каждый в паддоке.

– Похоже на то. Ну ладно. – Адреналин все еще бурлит в моих венах. Я мог бы прямо сейчас поболтать с каждым человеком на земле и не чувствовал бы усталости.

– Это ты сейчас так говоришь. – Она хихикает. – Работа выполнена только на три четверти. У нас пресс-конференция впереди. Фотосессия. А потом собрание.

Я киваю, поскольку меня уже проинформировали о том, что будет происходить дальше.

– Звучит заманчиво… – Я встречаюсь взглядом с Камиллой, стоящей посреди всего хаоса в гараже. На ней привычные мешковатые джинсы, безразмерная фирменная футболка и выражение лица, которое невозможно прочесть.

– Оу, – вздыхает Аня, когда понимает, на кого я смотрю. Она снова бросает взгляд на Камиллу, затем поворачивается ко мне и издает неодобрительный звук. – Просто дружеский совет. Злить дочь босса – не лучшая идея.

– Ага. Знаю.

С чего бы ей злиться… Ах, точно. Она, должно быть, видела мой ролик.

Это единственная причина, по которой она может испытывать какой-то негатив. По крайней мере, другой причины я придумать сейчас не могу.

По правде говоря, я совершенно забыл, что успел опубликовать пост в социальных сетях. Сделал это без задней мысли. На последней встрече Камилла рассказала команде о своих планах на будущее после этой гонки. Я решил действовать проактивно и подготовил еще один пост, чтобы продемонстрировать ей, что согласен с ее видением и понимаю желания команды.

Но, возможно, я так увлекся подготовкой к соревнованию, что забыл о посте.

– Хочу ли я вообще знать, что ты натворил? Какой бардак опять мне придется разгребать после тебя?

– Ничего такого. – Я улыбаюсь Камилле, а затем вновь оборачиваюсь к Ане. Кайф, который я испытываю сейчас, несравним ни с чем другим ранее. – Я сам разгребу свой бардак.

На трассе темно.

Огни города, сияющие вдалеке, и полная луна над головой дают достаточно света, чтобы можно было различить очертания гоночной трассы передо мной – водоналивные барьеры и их светоотражающую ленту, сетчатые ограждения, красные бордюры на шикане.

Не знаю, зачем вернулась сюда. Паддок был или все еще находится в процессе демонтажа, чтобы его части можно было сложить в грузовые контейнеры и отправить на следующую трассу вместе с самими автомобилями. Трибуны очистили от мусора, который толпа оставляла на протяжении всего заезда. И все же, вот она я, убалтываю охрану у ворот открыть стадион и прохожу к ложе для прессы.

Нужно ли мне это?

Шанс немного уменьшить давление и похлопать себя по плечу за то, что я преодолела свою тревогу и пришла сюда на этой неделе?

Элиза может пойти вместо меня, папа. У меня так много дел, что с моей стороны неразумно покидать офис.

Да уж, это не сработало. Оглядываясь назад, я рада, что все так, как есть.

Последние несколько дней только показали мне, что я сильнее, чем думала. А такие открытия никогда не бывают плохими.

Это, конечно, не значит, что у меня не случилось нескольких приступов паники из-за того, что я чуть не столкнулась с ним. Или что не было возможности быстро ретироваться, спрятаться в кабинке туалета и напомнить себе… да пошел он.

Но я смогла.