Я припал к земле, чувствуя, как осколки коры сыплются на затылок. Быстро оценил ситуацию. Позиция у них была такая, что ближе чем на двести метров к ним в открытую не подобраться — идеальный сектор обстрела, никаких укрытий, просто выжженная пустошь с редкими кустарниками. Устроить подавляющий огонь, имея всего два ствола с нашей стороны против непонятно скольких, да ещё и не согласовав действия с кочевниками — это явно провальная затея.
— Сколько их? — прошипела Вика, перекатываясь к соседнему дереву. Пуля чиркнула по стволу в сантиметре от её головы.
— Двое точно, может, трое, — ответил я, высовываясь на секунду и тут же ныряя обратно. — Один с автоматом, второй, похоже, со снайперкой.
Как по заказу, где-то справа щёлкнул одиночный выстрел, и кусок коры взорвался рядом с моим плечом. Точно — снайпер. И стреляет он не для острастки.
Прикинул варианты. Обход справа — открытое пространство, засекут на подходе. Слева — болотистая низина, но там можно застрять, и если они заметят манёвр, превратимся в мишени. Лобовая атака — самоубийство. Отход — не хочется — половина работы уже сделана.
— Попробую фокус со скоростью, — сказал я Вике.
Та закатила глаза:
— А может, просто свалим? — В её голосе слышались нотки здравого смысла, которого мне явно не хватало. — Живыми останемся, что уже неплохо.
Я посмотрел на неё слегка удивлённо:
— Половину дела сделали, так почему останавливаться на полпути?
Очередная очередь прошила воздух над нами, и я инстинктивно пригнулся ниже.
— Смотри, угробишься, — Вика покачала головой, но в её взгляде я увидел не страх, а что-то вроде грустной обречённости. — Сама найду твою Аню и расскажу ей, какой ты был придурок.
— Тебя за язык никто не тянул, — подыграл я ей, но сам уже взял в руки два энергоядра.
Я быстро сменил руну щита на руну скорости.
— Ты серьёзно? — Вика схватила меня за рукав. — Это же чистое безумие!
— Безумие — это сидеть здесь, пока они не подтянут подкрепление, — ответил я, активируя навык.
Мир смазался привычной кляксой. Время замедлилось до густой патоки, звуки стали низкими и протяжными. Пули, которые секунду назад свистели над головой, теперь лениво ползли по воздуху, оставляя за собой едва заметные следы искажённого пространства. Я рванул в сторону нападавших, чувствуя, как ноги едва касаются земли.
Скорость — это наркотик. В эти моменты ты чувствуешь себя богом, способным на всё. Деревья мелькают по сторонам размытыми пятнами, земля под ногами кажется резиновой, а сердце бьётся так быстро, что грозит вырваться из груди.
Но на полпути выносливость буквально в геометрической прогрессии стала падать к нулю. Руки начали дрожать, в глазах поплыли цветные пятна. Пришлось поглощать энергоядро, чувствуя, как новая волна силы растекается по телу.
Ещё пятьдесят метров. Сорок. Тридцать.
Подбегая к позициям нападавших, я наконец их увидел. Двое мужчин в потрёпанной военной форме укрылись за обломками техники. Один действительно с автоматом, второй с винтовкой — но не снайперской, а обычной. Значит, просто хорошо стреляет.
Я использовал второе энергоядро и тут же выхватил Глок. В замедленном времени я видел, как один из них поворачивается в мою сторону, как расширяются его глаза от удивления, как рот открывается в безмолвном крике.
Выстрелил в первого. Пуля вошла ему в грудь, чуть левее сердца. Он начал падать, но в замедленном времени это выглядело как танец.
Второй выстрел — в голову второму противнику. Тот даже не успел понять, что произошло.
Сбрасывал скорость, чувствуя, как мир возвращается к нормальному ритму. Звуки стали резкими и громкими, краски — яркими и контрастными. Голова кружилась от перехода, в ушах звенело. Хотел уже переключиться обратно на щит, но тут услышал…
Звук взводимого курка. Буквально в метре от меня.
Понимая, что диалога не будет, что прямо сейчас последует выстрел, а я не успеваю наложить на себя руну щита — я принял единственно возможное решение.
Активировал навык скорости.
И мир снова изменился.
Всё вокруг замедлилось до состояния почти полной неподвижности. Частички пыли зависли в воздухе, как золотые хлопья.
В этом изменённом мире я обладал преимуществом — мог двигаться с нормальной для себя скоростью, пока всё остальное тонуло в сиропе замедленной реальности.
Щелчок практически растянулся во времени, словно мир вокруг меня начал плавиться в густом мёде. Я слышал всё — до мельчайших подробностей, до каждой вибрации воздуха, я различал, как слегка похрустывает сустав пальца, который давил на спусковой крючок. Слышал, как скрипела пружина на том же спусковом крючке — металл против металла, натяжение против сопротивления. Механизм готовился исполнить свою смертоносную функцию.
Каждая клетка моего тела кричала об угрозе. Адреналин ударил в кровь, сердце забилось как бешеное, но разум остался холодным.
Я сделал шаг в сторону, чувствуя, как мышцы наливаются привычной силой ускорения.
Там, за другим колесом автомобиля полулежал мужик. Видно было, что раненый: тёмное пятно крови расплывалось на его рубашке в области плеча, лицо искажено гримасой боли и злобы.
