Атмосфера была неплохой. Всё-таки они старые сослуживцы и товарищи, и И Сюэси решил, что можно поговорить о его работе. Он думал создать систему честного и неподкупного, ответственного расследования и судебного разбирательства. Чокнувшись с Ли Даканом, он только хотел раскрыть рот, чтобы поговорить о делах, как тот упредил его и заговорил очень серьезно:
– Старина И, сказать по правде, я не хотел, чтобы ты приезжал в Цзинчжоу, но тебя направили от твоей организации, и я, конечно, это приветствую!
И Сюэси оставалось лишь подхватить тему:
– Дакан, ты, пожалуй, знаешь, что я тоже не хотел приезжать. Вообще, была мысль вместе с кадровыми работниками Люйчжоу приехать к тебе учиться опыту строительства, но в моей организации мне не позволили переквалифицироваться!
Ли Дакан отхлебнул водки:
– Эта твоя переквалификация – встряхнуть «двор и народ»!
И Сюэси, не особо радуясь в душе, обозначил улыбку:
– У меня такая большая мощь? Дакан, ты это меня хвалишь или издеваешься?
Ли Дакан поставил рюмку и совершенно серьезно сказал:
– Эх, старина И, разве я с тобой шучу? По правительственной информации, на сей момент четыре известных инвестора задерживаются за границей, не возвращаются! Все боятся, что ты пригласишь их на чай[127]. Двое в Сингапуре, один на Тайване, один в Гонконге – издалека наблюдают, куда дует ветер!
И Сюэси не мог больше пить:
– Ну так, Дакан, я думаю, что у этих четверых есть черти за пазухой!
Ли Дакан предложил приступить к еде:
– Старина И, да пусть у них будут черти, пусть духи – неважно! Экономика нашего Цзинчжоу должна развиваться, а это неразрывно связано с инвестициями! Кстати, скажу о ситуации с зоной экономического развития. Есть два потенциальных инвестора, которые едва услышали, что ты приехал, – не решились подписать уже подготовленное соглашение…
И Сюэси, не в силах больше слушать, положил палочки для еды и, громко выдохнув, встал:
– Дакан, я всего лишь несколько дней как стал этим самым секретарем дисциплинарной комиссии! Даже людей еще не всех знаю, кресло не успел нагреть – и уже так повлиял на экономическое развитие Цзинчжоу? Я сейчас еще ни одного дела сделать не успел, даже заседание Постоянного комитета о работе по тематическому обсуждению и дисциплинарному контролю не начал.
Ли Дакан, почувствовал, что он, пожалуй, перегнул, и горько усмехнулся:
– Старина И, извини, я, возможно, слишком тебя нагрузил! Главное – это то, что ты в Люйчжоу снес гастрономический городок семьи Чжао! Отзвук слишком силен, это стало Чжун Куем[128] нашей провинции! У меня и правда нет никакого замысла, кроме дум об общей ситуации. Сядь, сядь, поговорим!
И Сюэси не сел, медленно расхаживая перед обеденным столом:
– Дакан, я так и не понял. Общие чаяния народа о борьбе с коррупцией и поощрение бескорыстия – каким образом они дурно отразились на экономике? Ты, брат, хочешь еще одного «16 сентября»? Такая цена уж больно велика! Мы в самом деле должны учесть опыт и принять этот урок.
Ли Дакан тоже встал:
– Ах, старина И, инцидент 16 сентября ушел в прошлое, эти корыстолюбивые казнокрады и взяточники ушли, чего еще ты хочешь?
И Сюэси резко возразил:
– А уроки пошли впрок? Опыт обобщили? Дакан, сегодня не я хочу этого, а партия и народ уже сыты по горло, невозможно позволить коррупции продолжать распространяться, таково огромное желание всех людей!
Ли Дакан уже распалился:
– Ах, старина И! И отчего ты такой нетерпимый? Ты всё верно говоришь, но в Цзинчжоу нужна не только работа по противодействию коррупции и поощрению честности. Всё не так просто! Восьми миллионам жителей нужно жить, нужно работать, нужно есть, нужно благополучие, городу надо развиваться, и я – первое ответственное лицо! Старина И, ты знаешь, что в этом году валовой продукт нашего города упал почти на три процента, обрабатывающая промышленность испытывает трудности. От той четверки инвесторов, которые издали наблюдают за нами, не только зависят вложения на десятки миллиардов, от них зависит еще и занятость почти ста тысяч людей! Вчера в стальной корпорации «Цзинчжоу» возникла проблема, более тысячи уволенных работников устроили сидячий пикет перед дверями городского правительства! Старина И, скажи, как мне быть? Говори же!
Об этих обстоятельствах И Сюэси, конечно же, знал. У корпорации сталелитейщиков «Цзинчжоу» действительно возникла проблема, но еще есть и подозрение в коррупции! Пришедшие к дверям городского правительства рабочие выдвинули требования не только о еде и работе, но и требовали противодействовать коррупции. В итоге он сказал:
– Вот почему строгое партийное управление тоже является твоей должностной обязанностью, и ты – первое ответственное лицо! Дакан, коль речь уже дошла до этой темы, то я собираюсь реализовать во всём городе Цзинчжоу систему честной, некоррумпированной ответственности и разбирательства, строгой подотчетности, делегирования рабочей нагрузки…
Ли Дакан вновь сел: