– Не хочешь – не верь, – пожала плечами Люси. – Главное, что у меня есть сюжет. «Последняя надежда Финикса». Ты не представляешь, насколько хорошо они подготовились. У них есть командные пункты, склады боеприпасов. Это не сектантское ополчение, а настоящая армия апокалипсиса. На голову серьезней обычных выживальщиков. Эти люди готовятся к концу света и не прочь об этом порассказать.
– Так уж не прочь?
– Прямо-таки жаждут возможности. И тащатся от своих рассказов. А тема одна: как отбросить техасцев назад, туда, откуда те явились. Тебе стоит взглянуть, что у них творится дома – сплошь Аризона для аризонцев, с нами Бог, Санта-Муэрте и все такое.
– А снимать я смогу?
Еще один самодовольный взгляд.
– Все, кроме лиц. Это единственное условие.
– Годится, – усмехнулся Тимо.
Люси поставила бутылку на столик.
– А что ты уже успел наснимать?
– То, что надо. – Вытащив камеру, Тимо принялся быстро кликать через изображения. – Вот, глянь-ка. – Он повернул экран в сторону Люси. – Просто поэма!
Люси взглянула и поморщилась.
– Тимо, нам нужно вписаться в возрастные рейтинги, хотя бы в подростковый.
– Подростковый рейтинг? Да ты издеваешься? На подростковом рейтинге лайков не набрать. Люди хотят видеть трупы и кровь. Кровавое то, кровавое се. Кровь и еще секс. Больше ни на чем просмотры не делаются.
– Я не в местном бульварном листке собралась публиковаться, – возразила Люси. – Мне нужно фото покойника, которое впишется в рейтинги.
Она приняла винтовку из рук лохматого байкера и стала целиться куда-то в быстро темнеющий пейзаж. Солнце опустилось к самому горизонту, далеко за пределами орошаемой зоны Финикса, и коричневое покрывало из смога и дыма калифорнийских лесных пожаров вдруг заиграло веселыми закатными красками. Подняв камеру, Тимо быстро сделал пару снимков Люси. Взгляд направлен вдоль ствола винтовки. Желторотая девчонка, изображающая из себя сухаря. Даже не подозревает, что в Финиксе любой приезжий, чтобы показать крутизну, именно так и поступает. Обзаводится винтовкой и идет шмалять по зверушкам в заброшенных микрорайонах…
Это напомнило Тимо, что он еще должен поснимать Сумо Эрнандеса и его сафари. Чувак, можно сказать, поймал удачу за хвост – возит китайских туристов стрелять по койотам, а потом потчует их блюдами из гремучих змей. Тимо быстро сделал еще снимок-другой и проверил, что получилось. На экранчике камеры Люси выглядела бесподобно. Свет падал на нее сзади, а винтовочный ствол пересекал распухший красный шар солнца. Бью без промаха, делайте ваши ставки.
Тимо снова принялся перелистывать снимки мертвого техасца.
– Рейтинг, рейтинг… – бормотал он. – А я, блин, знаю, подростковый тут рейтинг или нет? У него же не хрен из штанов вылез, просто рожа обглодана…
Люси выстрелила еще раз, потом передала винтовку дальше.
– Тимо, мы не собираемся размениваться на мелочи. Просто очередное убийство не годится, все это уже было. Нам нужен тревожный, пугающий сюжет, но самое главное – чтобы было ясно, что это все взаправду. У нас материала на целую серию репортажей.
– Вот так прямо?
– Да, блин, именно вот так! За такое можно и Пулитцера отхватить. «Последняя надежда Финикса».
– Мне насрать на Пулицера. Все, что мне нужно, – просмотры. И деньги.
– Просмотры тоже будут, не сомневайся. Мы напали на жилу.
Тимо полистал еще.
– Как насчет просто кадра с шеей и четками? – Он снова повернул экран к Люси. – Этот вроде ничего.
– Не годится, – покачала головой Люси. – Мне там нужен и ЦАП.
Подспудное раздражение вдруг вырвалось у Тимо наружу:
– Рейтинг, ЦАП – чего еще изволите, мадам?
Люси выразительно взглянула на него:
– Положись на меня, я знаю, что делаю.
– Каждый желторотик будет мне говорить, типа он знает, что делает!
– Послушай, по Финиксу эксперт ты, я же не спорю. Но и мне ты должен поверить, я действительно знаю, что делаю. Знаю, как устроены мозги у потребителя на Восточном побережье. И знаю, что притягивает посетителей на крупные новостные сайты. Мы с тобой напали на жилу. Если не налажаем, выйдем в топ. Звездами станем!
Лохматый байкер снова вручил Люси винтовку.
– Так, значит, ЦАП и подростковый рейтинг? – уточнил Тимо.
– Угу, – рассеянно пробормотала Люси, целясь. – ЦАП – причина его смерти. То, куда он стремился. И то, что хотят защитить Ангелы-Хранители. То, что есть у Финикса, но чего нет у Техаса. Финикс, находящийся в центре пустыни, жив, потому что в вашем распоряжении один из самых дорогих водопроводов мира. Будь у техасцев свой ЦАП, связывающий их с какой-нибудь Миссисипи, они бы удержались за него, как за последнюю соломинку, и тоже выжили бы.
– Это ж добрая тысяча миль, – хмыкнул Тимо.
– Реки бывают и подлинней. – Люси выстрелила, рядом с луговой собачкой взметнулось облачко пыли.
Зверек живо нырнул в норку, и Люси передала винтовку дальше.
– Я к тому, что вода попадает в ЦАП аж со Скалистых гор. Река Колорадо протекает через штаты Вайоминг и Колорадо, через Юту, пересекает север Аризоны – и здесь воду делите вы, Лас-Вегас и Калифорния.
– Калифорния сроду ни с кем ничем не делилась.
