Люси говорила, но Тимо ее не слышал. В голове у него скакал туда-сюда, словно шарик в игровом автомате, один-единственный обрывок фразы.
«Притворяйся желторотой, и они у тебя в кармане».
– Не пойму, что на тебя нашло, – повторила Люси уже в третий раз.
Они ехали на встречу с Ангелами-Хранителями. Люси – за рулем своего монстра, Тимо – на пассажирском сиденье. Он сам загрузил аппаратуру в ее грузовик, поскольку решил: пусть Люси несет все расходы за эту поездку. Сперва вообще думал послать ее подальше и выйти из предприятия, но потом решил, что это будет ребячеством. Если ей удастся набрать просмотры, то и ладно, почему не воспользоваться? Просмотры ее репортажа станут и просмотрами его фотографий, а после все будет кончено. Если послать ее сейчас, ему ничего не достанется. Люси просто найдет еще одного дурачка, а то и сделает снимки сама, урвав двойной куш. Почему-то от этой мысли было даже горше, чем от осознания того, что им все время манипулировали.
Они уже доехали до самого края микрорайона, виляя между древними «приусами» и электробайками. Улица окончилась тупиком, и Люси остановила машину. Место ничем не отличалось от любого другого микрорайона в Финиксе. Если не считать того обстоятельства, что за шторами тихих домиков зрело и готовилось к последней битве Сопротивление.
Впереди виднелась очерченная ЦАПом граница городской черты – металлическая сетка забора и колючая проволока. По ту сторону не было ничего, лишь утыканные кактусами холмы. На противоположном заборе Тимо не без труда разглядел техасца – он так и висел. Похоже, собаки вернулись, чтобы дорвать его.
– Может, все-таки скажешь, что я неправильно сделала? – потребовала Люси. – Или так и будешь молчать?
– Лучше давай отснимем сессию, – пожал плечами Тимо. – Веди меня к твоим обожаемым Ангелам.
– Ну уж нет, – тряхнула головой Люси. – Сначала ты объяснишь, что случилось, а потом пойдем.
Тимо некоторое время смотрел на нее, потом перевел взгляд на пыльное лобовое стекло.
– Выходит, не судьба мне их увидеть.
С выключенным двигателем в кабине грузовика быстро становилось душно. Подобная жара убивает забытых в машине собак и младенцев за какую-то пару часов. Тимо чувствовал, как по коже бегут струйки пота, но черт его побери, если он собирается хоть как-то выказать дискомфорт. Он просто сидит и смотрит на забор перед собой. Пусть даже они оба сдохнут здесь от жары, ему-то какая разница?
Люси, напротив, смотрела прямо на него.
– Если есть что сказать, будь же мужчиной, говори!
«Будь мужчиной? Да вот же ж блин!»
– Хорошо, – решился Тимо. – Я думаю, что ты меня использовала.
– И как же именно?
– Ты это серьезно? Хочешь и дальше притворяться? Да я же тебя насквозь вижу! Изображаешь из себя желторотую в расчете на то, что люди бросятся на помощь. Будут делать для тебя такую хрень, которая иначе им и в голову бы не пришла. Ты прекрасно играешь, прямо малое дитя, едва ходить научилась – но это все лишь игра!
– Ну и что теперь? – изумилась Люси. – Да, я обвела вокруг пальца банду вооруженных придурков, тебе-то что за печаль?
– Я плевать на них хотел! Речь обо мне! Это меня ты вокруг пальца обвела! Делала вид, что ничего не понимаешь, чтобы я тебе все показал, объяснил, как здесь делаются дела, свел с нужными людьми. Ты была такая желторотая и несчастная, что дурачок Тимо не мог не броситься на помощь. Ну, зато теперь у тебя эксклюзивный сюжет!
– Тимо… Сам посуди, как давно ты меня знаешь?
– Я не уверен, знаю ли вообще!
– Тимо…
– Да иди ты со своими извинениями! – Он плечом распахнул дверь грузовика и, уже вылезая наружу, понял, что совершает ошибку.
Она найдет другого фотографа. Или сделает снимки сама, так что все деньги ей и достанутся.
Ампаро скажет: он мало того что попался на удочку, так еще и в самом конце оказался идиотом. Нужно было закончить репортаж вместе с Люси и уже потом послать ее в задницу. А так получилось, что он послал ее вместе с репортажем.
Люси тоже выпрыгнула из грузовика.
– Ах так? Тогда и я отказываюсь!
– Что «я отказываюсь»?
– Делать репортаж. Раз ты считаешь, что я тебя использовала, сюжет мне не нужен.
– Ой, да брось ты уже эту херню. Мы оба знаем, что ты приехала в Финикс ради сюжета. И ты его не бросишь.
Кажется, Люси рассердилась не на шутку.
– Ты вообще сам-то понимаешь, в чем твоя проблема?
– Не иначе, ты собралась мне объяснить?
– Да ты уже настолько вошел в роль – ах я бедненький, весь такой провинциал, все только и ищут, как меня кинуть, чужаки уже на пороге, вся вот эта хрень, – что в упор не замечаешь, когда с тобой по-хорошему!
– Я не…
– Не можешь рассмотреть у себя под самым носом человека, которому на тебя не наплевать!
Люси разъярилась настолько, что едва не брызгала слюной; ее лицо побагровело. Тимо пытался вставить хоть слово, но безрезультатно.
