По установленному порядку в отделениях военной цензуры должны были просматриваться адресованная на фронт корреспонденция и все письма, отправлявшиеся из действующей армии. Было запрещено подвергать военной цензуре корреспонденцию, которая шла на имя руководителей партии и правительства. И нарушавшие это правило подвергались административным взысканиям. Так, 6 февраля 1942 г. в ЦК ВКП (б) на имя Поскребышева поступила записка от Меркулова. Он отметил, что военной цензурой Казахской ССР гг. Караганда, Чимкентской области и Армянской ССР были проанализированы пять писем, адресованных на имя И.В. Сталина. «На военную цензуру, – сообщил он, – нарушившую приказ НКВД СССР о запрещении цензурирования корреспонденции, идущей в адрес руководителей партии и правительства, наложено административное взыскание»[453].
В годы войны, как ни странно, значительно увеличилась переписка с зарубежными странами прежде всего за счет иностранных военнопленных, находившихся на территории СССР. В основном это были граждане Германии, Италии, Румынии, Испании, Японии. Но были и граждане других иностранных государств. Они также вели интенсивную переписку со своими родными и близкими. Безусловно, все эти письма цензуировались органами госбезопасности.
В соответствии с постановлением ГКО от 6 июля 1941 г. подразделения ВЦ были сформированы по линии 3-го Управления НКО СССР и 3-го Управления ВМФ СССР при военно-почтовых сортировочных пунктах, военно-почтовых базах, военно-почтовых отделениях и т. п. Отделения военной цензуры осуществляли гласный политический контроль всей исходящей и входящей корреспонденции частей Красной армии и ВМФ.
В приказе НКО СССР и НК ВМФ СССР № 00110 от 13 июля 1941 г. за подписью Мехлиса и Кузнецова было предложено 3-м Управлениям НКО и НКВМФ СССР в пятидневный срок сформировать при военно-почтовых сортировочных пунктах, военно-почтовых базах, военно-почтовых отделениях и станциях отделения военной цензуры, передав из 4-го отдела НКГБ СССР 900 контролеров, в системе 3-х Управлений создать отделения военной цензуры для оперативного руководства, инспектирования и контроля за работой всех периферийных отделений военной цензуры.
Отделения военной цензуры должны были «…немедленно приступить к осуществлению гласного политического контроля всей входящей и исходящей переписки частей Красной армии и Военно-Морского флота;
– организовать стопроцентный просмотр писем и телеграмм, всю входящую и исходящую почтовую корреспонденцию частей Красной армии и Военно-Морского Флота, производя вскрытие всей корреспонденции по армии и флоту, а на просмотренной корреспонденции накладывать штамп «Просмотрено военной цензурой» (хотя деятельность пунктов ВЦ носила секретный характер, факт цензурирования писем и иных почтовых отправлений был легализован);
– при наличии текста, содержавшего сведения, не подлежавшие оглашению, могли пропускаться по адресу с вычеркиванием или вырезыванием запрещенного текста;
– подвергать конфискации антисоветские, провокационно-клеветнические и составлявшие военную тайну письма;
– выявлять в письмах факты разглашения и утечки секретных данных, паникерские настроения отдельных лиц, совершенные конкретные преступления и др., отбирать воинские письма по оперативным заданиям третьих отделов и отделений, по этим данным составлять донесения в ОО (затем таких лиц брали в проверку или разработку)»[454].
К тому же отделения военной цензуры должны были проводить различные оперативные мероприятия по линии почтово-телеграфной связи по заданиям разведывательных и контрразведывательных органов армии и флота; вместе с оперативными подразделениями по почеркам выявлять авторов и распространителей анонимных антисоветских документов; осуществлять картотечный учет всех лиц, поддерживавших письменную связь с заграницей, а также с иностранными посольствами и консульствами, контролировать входящую и исходящую международную корреспонденцию.
К вопросам цензуирования почтовой военной корреспонденции политическое руководство страны относилось достаточно внимательно. Она находилась не только под контролем органов госбезопасности, но и коммунистической партии.
