В условиях тяжелых оборонительных боев летом и осенью 1941 г. особое значение для каждого фронтовика имело своевременное получение писем. Вести из дома от родных и близких были связующим звеном тыла и фронта, помогали переносить трудности военного времени. Руководство НКВД принимало усилия для решения этой задачи, в частности, следило за разгрузкой военно-почтовых баз и военно-сортировочных пунктов за своевременной рассылкой красноармейской корреспонденции и через командование соединений и частей устраняло недостатки в получении корреспонденции и печати адресатами. А 4 октября 1941 г. Политбюро ЦК ВКП (б) приняло специальное Постановление «О мерах ускорения доставки писем на фронт». Наркомат связи, комиссары соединений и частей должны были обеспечить, чтобы вся поступающая в полевые и почтовые станции корреспонденция отправлялась в части и соединения в день получения, а в самой части была бы немедленно доставлена бойцам и командирам[461].
В НКВД, ОО фронтов, армий, корпусов и дивизий принимались необходимые меры для повышения эффективности работы ВЦ. Ряд ОО этому уделял мало внимания. Такое отношение к возможности использования военной цензуры было в корне неправильным и приводило к тому, что ряд отделений ВЦ превращался в придаток военно-полевых баз. К тому же, материалы военной цензуры находились вне поля зрения политического аппарата, не соблюдалась военная тайна. Поэтому УОО НКВД предлагало руководству Красной армии и Военно-Морского флота обязать политические органы более активно вести среди красноармейцев и командиров разъяснительную работу о сохранении военной тайны, выпустить для фронта специальные открытки и конверты с лозунгами, пропагандирующими необходимость сохранения военной тайны и соблюдения строгой бдительности, в частях и подразделениях выделить специальных лиц, которые бы писали для малограмотных бойцов письма, проинструктировав их о том, что следует сообщать своим родным[462].
В работе военной цензуры встречались серьезные недостатки, особенно в территориальных органах. Так, проведенная 5 ноября 1941 г. внезапная проверка учреждений связи в Свердловской области выявила, что исходящая корреспонденция в области, объявленные на военном положении, в том числе в Москву и Ленинград, не имели штампа военной цензуры в 1073 отправлениях. Это свидетельствовало о том, что она не поступала на пункты ВЦ. Было обнаружено много дефектов: пропуск писем, подлежащих «К», а также писем, в которых следовало изъять текст; перепутаны и утеряны вложения; небрежное изъятие текста; дефекты при вскрытии письма; плохая заклейка письма; неправильная штамповка[463].
Ряд недостатков не зависел от цензоров. Хорошо известно, что основным методом работы военной цензуры была читка писем и телеграмм, но в отделениях в первые месяцы войны вообще не было никаких технических средств, даже простейшей лупы, не говоря уже о тех, которые позволили бы в полевых условиях читать скрытые тексты (например, залитые чернилами) или обнаружить подделку.
Когда речь идет о недостатках в работе военных цензоров, то надо иметь в виду и сложные условия, в которых им приходилось трудиться. Вспоминает сотрудница цензорского направления майор ГБ в отставке В.С. Тишкина: «Работать порой приходилось в жутких условиях, в блиндажах и подвалах при свете фитиля, горевшего в приплюснутой гильзе. Радовались, когда подключали генератор. Работа по 10–12 часов. У многих сотрудниц стремительно садилось зрение. Надо учитывать, что эти пункты находились в ближайшем тылу»[464].
В работе военной цензуры особое внимание уделялось личному составу действующей армии. В дальнейшем усиление политического контроля переписки распространилось и на другие территории советского тыла. Нельзя не учитывать того, что враждебные элементы пытались использовать направление корреспонденции в части Красной армии с клеветническими измышлениями о положении в тылу, рассчитанными на внесение в ряды красноармейцев и командиров пораженческих настроений, а в ряде случаев – призывов к измене Родине. С другой стороны, проникшие в Красную армии отдельные антисоветские элементы в своих письмах к родственникам и знакомым распространяли провокационные слухи.
