Воин-монах на престоле полностью

Но вскоре тщательно отобранным Урзицином агитаторам удалось с помощью подкупа расположить к себе самые продажные элементы среди воинов армии Сильвана, и в один прекрасный день (а говоря точнее – на рассвете одного прекрасного, для августа Констанция II, дня) отряд вооруженных до зубов сорвиголов внезапно появился перед узурпаторским дворцом, перебил стражу и пронзил бесчисленными ударами остро отточенных смертоносных клинков Сильвана, в страхе за свою жизнь спрятавшегося в дворцовой часовне, а после своего обнаружения там пришедшими по его душу беспощадными головорезами, тщетно пытавшегося обрести убежище у спасительного алтаря христианской церкви (надо полагать, сын верного соратника равноапостольного царя Константина Великого и сам был глубоко верющим христианином).

Трудно (хотя и можно) представить себе, насколько был обрадован август Констанций полученным из Галлии известием о заклании очередного жертвенного агнца (или скорей – тельца) на алтаре его богохранимого самодержавия. Мир был спасен, безопасность всех и каждого восстановлена, и теперь сын Константина I Великого мог в привычной для него манере вершить святую (или праведную, как кому больше нравится) месть. Темницы в очередной раз оказались переполнены. «В дикой радости», как вспоминает Аммиан, вознесся «дьявольский доносчик» Павел Катена (чье прозвище в переводе с латыни на русский означает «Цепь» или «Оковы», намекая на печальную судьбу, ожидавшую жертв его многочисленных доносов), давший простор своим «ядовитым козням» и погубивший множество людей. Он был счастлив не меньше самого Констанция II. Казни правого и виноватого очень скоро, как всегда в подобных случаях в правление Констанция (да и не только его одного, будем к нему справедливы!) приняли повальный, массовый характер, по прошедшему испытание временем принципу «пусть лучше пострадают десять невиновных, чем один виновный избежит наказания».

Римская тяжелая конница (IV век)

Между тем севаст Констанций отовсюду получал дурные вести. Всего лишь годом ранее (а если быть точнее – в 355 году) «немирные» германцы – франки, алеманны и саксы – не встречая серьезного сопротивления со стороны деморализованных и почти утративших боеспособность пограничников-лимитанов «мировой» империи «потомков Энея и Ромула», захватили сорок с лишним римских городов и укрепленных поселений на Рене, сравняв их с землей и угнав всех пощаженных огнем и мечом жителей в рабство.

Римские пограничники-лимитаны IV столетия