В целом роль торговли в мировой экономике снизилась по сравнению с временами британской гегемонии. Главное значение получили прямые иностранные инвестиции, осуществляемые транснациональными корпорациями. До половины общего объема международной торговли превратилось во внутреннюю торговлю между национальными подразделениями транснациональных корпораций. ТНК стали новым весомым фактором, влияющим на политику всех правительств, включая американское. Таким образом, межгосударственная система при американской гегемонии санкционировала значительное ограничение национального суверенитета, включая власть правителей над своими подданными.
Внутренним механизмом мировой гегемонии Арриги считает «циклы накопления капитала». Если все государства-гегемоны капиталистической эпохи ориентировались как на образец и первоисточник на Венецию, то нетерриториальные деловые организации (такие как ТНК) ориентируются на Геную – впервые породившую широкую конфигурацию денежных потоков, не привязанных ни к какой конкретной территории, но при этом контролировавшую богатейшие и сильнейшие государства своего времени. Сформировавшаяся тогда международная финансовая олигархия была и останется верхним этажом мирового капитализма, всегда действующим по своим правилам.
Вкратце «системный цикл накопления» выглядит так: европейская мир-экономика осуществляет крупную материальную экспансию «посредством прокладки новых торговых маршрутов и задействования новых районов коммерческой эксплуатации». За ней следует этап финансовой экспансии, укрепляющей доминирование капитала над расширившейся мир-экономикой. Параллельно формируются силы – соперники, использующие противоречия и слабости существующего порядка для последующего восхождения к командным высотам мир-экономики. Обе фазы экспансии организует и возглавляет класс капиталистов, присваивающий наибольшие прибыли. Но если на первой фазе в среде капиталистов господствует кооперация (всем хватает места для роста и развития), то на второй конкуренция резко обостряется, становится антагонистической войной на взаимное уничтожение. Эта смена тенденции в середине цикла вызывает «сигнальный кризис», обозначающий исчерпание возможностей для вложений избыточного капитала в существующие материальные активы. Происходит переключение гегемонического класса с торговли и производства на финансовое посредничество и спекуляции. Именно этот, второй период обычно называют прекрасной эпохой. Затем наступает «терминальный кризис», знаменующий падение прежнего гегемона и замену его новым.
Первый системный цикл накопления капитала Арриги относит к XVI веку, когда сеть купцов и банкиров Генуи организовала финансовое обслуживание Испанской колониальной империи. Она превратила избыток капитала, сформировавшийся в Италии в результате интенсивного развития капиталистических городов-государств (от Милана до Венеции), в источник финансирования испанских военно-политических авантюр. Не серебро Нового Света, а прибыли итальянских купцов, трансформированные генуэзскими банкирами в займы короне, давали испанцам средства на столетнюю войну за доминирование в Европе и мире. Открытый генуэзцами системный цикл накопления затем повторился трижды – руками голландских, британских и американских капиталистов.
Время, отведенное под полный цикл накопления, Арриги именует «долгим веком». Долгий XX век – это время четвертого, американского цикла, стартовавшего в начале XX века и завершающегося в наши дни. В межвоенный период крах британской гегемонии сменился восхождением американской, основанной на экспансии большого количества вертикально интегрированных компаний. Построенные благодаря освоению огромных континентальных пространств США, а затем поглотившие все зависимые от них переделы и сектора рынка, они устремились в транснациональную экспансию. Профинансировав «план Маршалла» и другие программы помощи и объявив СССР холодную войну, потребовавшую гигантских расходов на перевооружение, новый гегемон запустил фазу материальной экспансии (1948–1968). Западный мир благодаря этому осуществил невиданный скачок в развитии производства и общем процветании.