— Суть дела именно в этом, ваша честь. Этот человек — глухонемой от рождения, поэтому у меня вопрос к подсудимой. Как вы общались с ним?
— Протестую, ваша честь! — встав на ноги, воскликнул адвокат.
— Обоснуйте ваш протест, — потребовал судья.
— Во-первых, это не касается существа этого дела. И, во-вторых, откуда вы знаете, господин прокурор, что они общались? Ведь он глухонемой.
— Протест отклонён, — заявил судья и зал реагировал шумным ропотом.
— Прошу соблюдать тишину! — судья постучал колотушкой. — В противном случае, слушанье продолжится при закрытых дверях, — добавил он и через несколько минут люди всё же угомонились.
— Продолжайте, — обратился судья к прокурору.
— Итак, подсудимая… гм… Риана, как вы с ним общались? — спросил тот.
— А вы спросите у него, он сам вам и ответит, — предложила сэли.
— Вы издеваетесь?
— Нет, ни в коей мере, — серьёзно ответила подсудимая.
Прокурор с опаской подошёл к свидетелю.
— Свидетель Рубенс, — чуть ли не крича, обратился он к карлику, — вы знакомы с этой женщиной? — указал он рукой на Зей-Би.
Но ответа не последовало. Прокурор ещё громче повторил свой вопрос, но ответом была лишь тишина.
— Вы видите, ваша честь, он молчит, не желая отвечать….
— Или же просто не слышит вас, — поправила прокурора сэли.
— Вы слышали, ваша честь? Все слышали? Она призналась, что этот человек глухонемой! Эта цыганка призналась, что она колдунья! Возможно, это она заколдовала его, а также обезглавила ни в чём не повинного человека.
— Протестую, ваша честь! — воскликнул защитник. — Моя подзащитная не произносила этих слов. Это явная клевета!
— Протест отклонён, — небрежно бросил судья.
— Но ваша честь…
— Протест отклонён! — повторил тот.
«Чёрт бы вас всех побрал!», — сев на своё место, процедил адвокат сквозь зубы.
Прокурор стал нести всякую околесицу о колдовстве «злокозненных» цыган, о заговоре их против всего человечества, при этом изобразив Зей-Би настоящей предводительницей колдуний и разбойников.
Дело направлялось по кривому и предвзятому руслу, из которого адвокат Фридом, протестуя и приводя все объективные доводы, пытался вывести его. Но всё было напрасно. Казалось, судьи сами написали сценарий этого разбирательства. Присяжные с подобострастным согласием воспринимали надуманные инвективы прокурора и с ужасом смотрели на подсудимую. Наконец, патетические филиппики обвинителя прервала Зей-Би.
— Хватит! — вскочив на ноги, громко выкрикнула она.
— Что она делает? — всполошился защитник. — Она сломает всю нашу тактику защиты!
— Думаю, она уже давно сломана, мистер Фридом, — заметил Герман. — Пусть говорит. Может, она сможет переубедить этого фарисея в прокурорской мантии.
— Вы переходите всякие границы, господин прокурор, — продолжала Зей-Би. Этот человек, — звеня цепями на руках, показала она на Рубенса, — намного человечнее вас. Если вы способны слышать ушами, то он умеет слышать разумом.
— Нет, Зей-Би, не надо, — услышала она мысленный импульс от Рубенса. — Не выставляй себя на посмешище. Они всё равно тебе не поверят.
— Не хотите ли вы этим сказать, что сейчас он всё слышит? — усмехнулся прокурор. — А может, он умеет и говорить? Так расколдуйте же его, и мы все с интересом послушаем рассказы вашего… компрачикоса…
— У него тело уродливо, а у вас душа! — не выдержала сэли.
— Позвольте заметить, адвокат Фридом, что ваша подзащитная переходит все рамки приличия и этики… — обратился прокурор к защите.
— Ваша честь, могу ли я переговорить со своей подзащитной? — спросил адвокат у главного судьи. — Наедине, — добавил он.
— Хорошо, — недовольно буркнул тот. — Может, вы всё же сумеете угомонить её?
Охранник препроводил Зей-Би в комнату для свидетелей. Вслед за ней вошёл Ларри Фридом.
— Вы, наверное, сошли с ума? — накинулся он на сэли.
— Это вы безумны, раз защищаете того, кто не хочет, чтобы его защищали!
— Как это так? — в недоумении спросил Ларри.
— Я не просила сэра Мельсимора нанимать вас. Всё и так предельно ясно. Я виновна и должна поплатиться за содеянное преступление.
Ларри, всмотревшись ей в глаза, устало вздохнул.
— Это ваше последнее слово? — спросил он.
— Да, — сухо бросила сэли.
— Ну что ж, я не могу спасти того, кто не желает жить.
— У вас прекрасная тактика, сэр, — похвалил прокурора его помощник.
— Учись, Смит, это тебе ещё поможет в будущем, — наставительно ответствовал тот.
— Но, сэр, откуда вы знали, что эта женщина колдунья?
— Я этого не знал и даже сейчас не знаю…
— А как же понять ваше утверждение?
— Я взял их на пушку… — разоткровенничался тот. — Этот карлик-урод подал мне отличную идею. Да и сама подсудимая, по-видимому, тронутая. Вот мне и не составило труда убедить в этом всех присутствующих здесь. Признайся, Смит, ведь даже ты поверил?
— О да, сэр. У меня на этот счёт не возникло ни малейших сомнений. Но что будет с подсудимой? Каков будет вердикт?
