— Нет, это не так! Настоящие друзья знают друг о друге всё, а я за два с половиной месяца нашего знакомства узнала лишь твоё имя. С тех пор, как мы покинули предместье, ты стала какой-то странной. Исчезаешь постоянно куда-то, недоговариваешь, не ешь, не пьёшь с нами, дичишься, забираешь припасы и убегаешь в лес. То, что ты ешь еду, данную тебе нами, это я точно знаю. Ведь без еды не выживет ни одно живое существо. Но зачем так много тайн? Зачем ты осложняешь свою жизнь? Только не говори мне, что ты стесняешься садиться с нами вместе за стол. Эта отговорка уже не пройдёт. Ведь ты прирождённая актриса, и я совсем не чувствовала в тебе робости сегодня на сцене. Так почему же вся эта игра в прятки? Что ты от меня скрываешь?
— Ничего, — молча выслушав её, ответила Риана.
— Ничего, — усмехнулась женщина. — Может быть, и имя Герман тебе ничего не говорит?
Сэли, побледнев, тяжело вздохнула.
— Риана, — взяв её за руку, цыганка смягчила тон. — Прошу тебя, доверься мне. Я никому ничего не расскажу о тебе. Излей душу, и тебе станет легче. Я ведь вижу, что ты страдаешь. Кто этот человек? Он тебя обидел?
Геноконцентрат отрицательно покачала головой.
— А может, он бросил тебя? Или же умер у тебя на руках? — более осторожно спросила та.
Сэли вновь замотала головой.
— Так что же, чёрт побери, случилось между вами? — не выдержала Аделаида.
— Просто он полюбил не ту, — сказала Риана, чтобы избавиться от расспросов.
— Я ничего не понимаю! Да объясни ты мне человеческим языком. Кто он? И кого он должен был полюбить?!.. Ведь любовь… как омут. Бросаешься вниз головой и не спрашиваешь позволения…
— Его зовут Герман Фридрих Мельсимор, — не выдержав натиска любопытной цыганки, проговорила сэли.
— Мельсимор?! — всплеснула руками Аделаида. — Это тот самый Мельсимор, хозяин «Голден Сиид»?
— Один из хозяев, — уточнила Риана.
— Нет, нет. Он единственный хозяин, — возразила цыганка. — Его брат просто пустое место… Значит, ты с ним знакома?
— Была, — с деланным безразличием уточнила та.
— Была? — повторила Аделаида как эхо. — Но почему была? Что произошло между вами? — цыганка задумалась на мгновенье. — Ты сказала, что он полюбил не ту. Значит, ты хотела, чтобы он полюбил тебя, а он любил другую? Или… Аделаиду осенила догадка. — Он влюбился в тебя?
Геноконцентрат отвела глаза.
Край солнечного диска, показавшийся на горизонте, озарил своим пурпурным сиянием горизонт. Река, рокотавшая вблизи, заискрилась золотыми бликами. Сэли завороженно созерцала чудесное природное явление, обычное для людей.
— Ты молчишь, значит, я права? — нарушила цыганка паузу.
— Возможно…
— Возможно?! — возмутилась Аделаида. — Ты, случайно, не сумасшедшая?
— Что? — в недоумении посмотрела Риана на неё.
— Да, ты точно сумасшедшая, раз отказалась от такой любви.
— Прошу тебя, Аделаида…
— Ты могла бы иметь всё, — никак не могла угомониться она. — Вместо того, чтобы бродить по улицам как нищенка, ютиться в подвалах заброшенных домов, питаться бог знает чем и жить, не зная, что будет с тобою завтра… — она перевела дух и стала расписывать ту лучшую жизнь, от которой отказалась её подруга. — Ты бы имела всё, и преданного любящего мужа, каковым я думаю, он был бы, и положение в обществе, и прекрасный дом, в котором так много слуг, и вообще, у тебя было бы будущее….
— Будущее?! — Риана резко поднялась. — Что ты знаешь о будущем? Что ты вообще знаешь обо мне, чтобы советовать мне, как устроить свою жизнь, своё будущее?
— Потому и спрашиваю… — обиделась цыганка.
— Если ты не хочешь, чтобы я ушла из табора, то не смей больше спрашивать о моём прошлом. Что же касается Германа, то знай, что он не такой, каким кажется. Внешность его обманчива, а на самом же деле он глупый мужлан, который кроме своего виноградного поля ни в чём больше не смыслит. Гордыни его хватило бы на весь ваш табор.
— «Ваш»? — Аделаида была задета за живое. — Я думала, ты считаешь себя одной из нас, а ты…
— Прости, Аделаида, — положив руки на плечи цыганки, искренне раскаялась та. — Увы, но я никогда не смогу стать одной из вас и, как говорил Марк-Сон, «Одиночество — мой жребий».
— А кто такой этот Марк-Сон? — попыталась цыганка вытянуть информацию.
— Неважно, — отмахнувшись, бросила собеседница. — А теперь иди лучше к себе и постарайся уснуть. Ведь ты из-за меня не смогла как следует отдохнуть после вчерашнего праздника. А я, — добавила она, — посижу здесь ещё и вернусь.
Как только цыганка скрылась из виду, Риана подошла к реке. Сняв с себя всю одежду и обувь, она кончиком пальца ноги дотронулась до поверхности воды.
— Алекс, — позвала она мысленно.
— Да, Зей-Би.
— Установи температуру воды в реке, доведи температуру тела до 38 °C.
— Температура воды в реке 12 °C, — отрапортовал комп.
— Переключи «распределитель» на режим работы «расщепление воды» и включи поглотитель кислорода.
— Есть. Всё сделано.
— Ну, кажется, теперь можно и искупаться.
