Старшина, посадник и сотник организовали общее семейное застолье. Накрывали Ольга и Агата. Заранее связанные венки, из березовых веточек и луговых цветов, украшали их головы. Мужчины, в сторонке, пили пиво.
Горожане, вплотную к их столу, места не занимали. Понимали, что между ними и Игрицким начальством, должна быть условная межа.
Неспешно уходил день. Незаметно подкралась ночь. Зажглись первые звезды. Запылал первый костер. Веселье на лугу било ключом. Начались песенные перебранки между местными и гостями из Бобровников и Армяков.
Столб пламени взвился над мировым деревом. Кто — то сбил в огонь колесо, установленное на его вершине. Тысячеголосый крик ликования пронесся над полем. Начальственное застолье кричало тоже. Тем более, что в их компании — прибыло. К ним присоединились сотник с Семак со своей невестой Благаной. Вначале, она чувствовала себя не в своей тарелке, но меды Домны сделали свое дело. Будущая жена сотника расслабилась и стала обычной, веселой девушкой.
Ночь и праздник набирали силы. Пошли песенные хороводы. Уже слышался девичий визг, где от парней отстаивали Купальское дерево. Костров стало великое множество. Были малые, были побольше и совсем громадные.
Первые смельчаки, не обращая внимание на высокое пламя, пряча под живот ноги, пролетали сквозь огненную завесу. Их громогласно приветствовали. Особенно всем понравился прыжок Лутони. Прямо над пламенем он сделал кувырок через голову. Восторгу, увидевших такой прыжок, не было придела. Просили повторить, но Лутоня, делать этого не спешил. Понимал, что наслаждаться славой, надо порциями.
Ольга, за руку с отцом, легко перескочили костер со средним пламенем. Домна, высоко задрав подол, справилась с самым малым. Остальные пока выжидали. Михей — прыжкам, предпочитал кружку с медом.
Чем больше разгоралось веселье, тем тоскливее становилось на душе Ольги. И поделать с собой, она ничего не могла. Семак с Благаной стали в хоровод. Взявшись за руки, продолжали смотреть друг — другу в очи. Парни, после долгих и шумных нападений, отбили Купальское дерево у молодиц. Вместе, смеясь, отправились топить его в реке.
Икутар, казалось, не замечал угрюмости дочери. Веселился от души, пил мед и налегал на пироги. Михей подначивал Домну прыгнуть с ним через самый большой костер. Вяхирь с Агатой и детьми, ушли смотреть, как топят Купальское дерево. Ольга поднялась:
— За меня не волнуйтесь. Пойду гулять по лугу. Навещу свою малую дружину, после, опущусь к реке. Посмотрю, как венки по Ратыни поплывут и свой отправлю. Гуляйте без меня! Мне одной побыть хочется. Домой сама доберусь, или в Дамниной старой избе переночую. К завтраку буду без опоздания. — Не дожидаясь ответа отца, шагнула в отблески чужих костров.
Малая дружина, разместилась у походного стола, в полном составе. Крепких напитков не было. Только квас и взвар. Появление воительницы встретили одобрительными криками. Во главе скатерти восседал Лутоня. При появлении наставницы, свое место сразу ей уступил. Присел с Ольгой рядом. Она усмехнулась:
— Я на короткое время к вам! Долго занимать твое законное место не буду. Скромной незамужней девушке, положено находиться перед очами родителя. А то, не дай боги, кто обидит! В ответ — громкий хохот! — За всех ответствовал её помощник:
— Как же, тебя обидишь! Хотели бы мы посмотреть на такого смельчака! Ты сама, кого хочешь, за мгновение по уши в землю вгонишь! Тебя обижать — себе дороже! — Снова, одобрительный смех:
— Ну, вы уж совсем, меня за чудовище держите! — Ольга улыбалась. — На самом деле, я добрая и пушистая, как белочка! — Снова сострил Лутоня:
— Ага! И правоту твоих слов, может подтвердить Алкун! — Хохот молодых дружинников заглушил все звуки вокруг. — Воительница налила в кружку квас, отпила:
— Какой ядреный, аж в нос шибает! На изюме настоян? — Ответил самый младший дружинник, двенадцатилетний отрок Новик:
— Бабка квасила, а на чем настоян — не знаю!
— Передай ей мой поклон и благодарность! Знатно приготовлен! Я давно такой не пила. — Отрок зарделся так, что даже ночью было заметно.
— Сделаю. Твоя похвала, ей будет по душе! А я бочонок, для тебя, на подворье прикачу. У нас их еще штук пять есть в погребе.
— Кати! Всей малой дружиной, после занятий, пить будем! — Наставница поднялась с травы:
— Отдыхайте далее. С кострами будьте поосторожнее! Излишняя лихость — здоровью вредит! Лутоня, ты за этим присматривай. Калеченые воины, сейчас, нам не нужны!
К реке вела извилистая тропинка, которая упиралась в деревянные мостки. С них, незамужние девки, пускали венки в плавание. Если венок спокойно уплывал, хозяйка, могла рассчитывать на скорое и удачное замужество. Если он тонул — на счастливый брак не рассчитывай!
Ольга, прихватив пылающую головешку из костра, отправилась к небольшой заводи. Вставила в венок заготовленную лучину и запалила её от головешки. Слабое течение подхватило венок и медленно потащило его на стремнину. Светлячок от лучины долго стоял перед влажными очами девушки. Не утонул! Но от этого, легче на душе не стало. В жизни часто бывает, что и самые верные приметы врут!
