Как только она оставила их вчера вечером, он принялся усердно ее искать. Большинство гостей города останавливались в Городском отеле. Если она не там, им придется опросить жителей. Город — маленький, а ее внешность довольно запоминающаяся. Они ее найдут. Следующая их встреча пройдет по его условиям. Больше никаких неожиданностей. Вопросам нужны ответы. Затем он попробует достать ту самую партию амфетамина и позаботиться о том, чтобы она исчезла.
Навсегда, если будет необходимость.
Прежде он никого не убивал. Многим наносил увечья, некоторым в весьма юном возрасте, но никогда не шел дальше. На то было две причины.
Труп всегда привлекал больше внимания полиции. Можно, конечно, удостовериться, чтобы его никогда не нашли, но, кажется, рано или поздно все выходит на поверхность, а исчезновение тоже расследуется более тщательно. К тому же такие дела получают много внимания прессы.
Другая причина заключалась в том, что он был довольно уверен, и это его тревожило, что может войти во вкус. Он любил контроль, получал удовольствие от власти. Разве управлять жизнью и смертью — не проявление абсолютной власти? Он всегда был совершенно равнодушен к страданиям и боли других людей. Не то чтобы получал удовольствие от причинения боли, его это не заводило, а скорее не считал это чем-то плохим и не раскаивался после.
Совсем ничего не чувствовал.
Разбил яйцо на горячую сковороду, и оно начало затвердевать, повернул ключ в машине — она завелась, дал кулаком по лицу восьмилетке — губа треснула и из нее пошла кровь.
Каузальность. Причина и следствие.
Определенное событие имело ожидаемый результат. Без участия эмоций. Со временем он стал воспринимать равнодушие как силу.
К неживому и живому. Ко всему кроме себя.
После короткого соло на акустической гитаре звучит партия духовых, звуки постепенно нарастают до отметки «3 минуты 26 секунд», потом барабаны и голос Уитни до мурашек, в котором заключалась идеальная смесь невероятной силы и идеального количества тоски с уязвимостью, когда она дает понять покинувшему ее мужчине, что не будет пытаться его вернуть. Что она, увы, научилась разбивать сердце, научилась у лучшего мастера…
Телефон Ренé зажужжал в кармане, он достал его, оставив вибрировать в руке, пока Уитни не начала подпевать собственному голосу в припеве, и тогда ответил.
Они ее нашли.
Кажется, город просыпаться не торопился. Машин мало, в магазинах, мимо которых она проходила, не было покупателей, единицы двигались в районе площади в сторону центра. День начался продуктивно. Хорошее утро. После угроз в отношении дочери Степан Хорват предоставил то, что ей нужно, все прошло по плану. Все действия Кати были максимально эффективны. Когда она открыла красивые старинные двери из гравированного стекла, вошла в отель, то заметила сидевшего в кресле у лифта мужчину. Он старался не привлекать к себе внимание, но она тут же его узнала. Благодаря вчерашнему вечеру.
Они что, настолько дилетанты?
В чем план? Дать ей почувствовать угрозу? Чтобы молодой мужчина, явно проводящий несколько часов в неделю в тренажерном зале, напугал ее? Это даже мило. Поднимаясь по широкой мраморной лестнице, она размышляла, может ли стать проблемой то, что они выяснили, где она живет, но девушка прогнала эту мысль. Она дала свой номер Ренé, они знали, что она в городе, ее местонахождение в данном случае неважно.
На последнем этаже она повернула направо и увидела еще одно знакомое лицо. Другой мужчина, которого она видела вчера, сидел на одном из двух резных стульев в стиле рококо, стоящих около столика в коридоре. Он листал туристический буклет, но поднял глаза на нее, когда услышал шаги. Катя замедлилась, мужчина встал, сделал пару шагов и заблокировал путь. Крупный, мускулистый, как и его товарищ у входа, с широко расставленными для равновесия ногами, но безоружный, по крайней мере, насколько Катя могла разглядеть. Не сводя с него глаз, она еще сильнее замедлилась, когда услышала спокойные тяжелые шаги на лестнице за спиной. Мужчина, ожидавший у стойки регистрации, повернул из-за угла.
— Вы точно этого хотите? — спросила Катя, пятясь, пока не оказалась у стены, откуда могла держать обоих в поле зрения, не поворачивая голову. Оба молчали и не двигались. Просто неподвижно стояли и смотрели на нее.
Придется быстро с этим покончить.
В отеле много постояльцев, и хоть она и редко кого встречала в коридоре, кто угодно мог появиться в любой момент. Например, персонал. Позвать на помощь? Избавиться от них таким образом? Так бы поступила Луиза Андерссон, но это привлечет к ней ненужное внимание. Кто-то может даже настоять на звонке в полицию, а этого ей не хотелось. Убивать их нельзя. Если она их ранит, им придется выбираться отсюда самостоятельно. Лучше незаметно.
— Каков план? — поинтересовалась она, осторожно наклоняясь, задрала брюки и вытащила нож, держа широкое, слегка согнутое лезвие у бедра. Нет ответа. — Возвращайтесь и передайте Ренé, что каков бы ни был план, он не сработал.
