— Нет. Просто знаю. Что бы там ни явилось, это она показала.
Я обернулась, но никого уже не было видно до самого горизонта, лишь пыльный позёмок зашептал на склонах дюн. Ноги утопали в мягком тёплом песке, и на смену ужасу пришло умиротворение, будто эмоции и панику разом стёрла влажная кисть. Мы побыли немного в тишине, овеваемые сухим, но при этом мягким воздухом загадочной нереальной пустыни. Намиб? Есть ли такое место на настоящей карте мира?
— Какого из миров?
— Ты что, читаешь мои мысли? — возмутилась я.
— Нет, это ты их распускаешь повсюду.
— Не поняла.
— Следи за мыслями и желаниями, ты не для меня одного открытая книга.
Я немного помолчала. Эол не поднимался с песка и не глядел на меня.
— Тогда ты знаешь, что я ищу Коити?
— Знаю. Я тебе говорил, что парень не стоит твоего времени. У нас дела поважнее. Время в том мире можно потратить на поиск артефактов или строительство бастионов для защиты от Круга семи Лун.
— Что за бастионы?
— Крепости и защитные сооружения. Мы не знаем, в какой лунный цикл настанет час последней битвы и где она разразится. Так что укрепления должны быть во всех мирах.
Я шлёпнулась напротив Эола, совсем не грациозно, положила подбородок на колени — куда уж мне парить.
— В разных местах?
— Да. Слышала про Великую стену? — Он ухмыльнулся.
— Нет.
— Какая ты дремучая. — Эол всё-таки открыл глаза и поднялся на ноги, подавая мне руку. — Ладно, когда-нибудь покажу. И не бойся, обычно я не умею читать мысли. Это всё аура Каи.
— Аура?
— Её энергия. Кая — самый могущественный оборотень из всех, кого я встречал за сотни лет. Поэтому она наша старейшина. Давай уже тренироваться, что время терять?
Эол взялся за дело серьёзно. Мы упражнялись в том, как сгущать и направлять энергию. Хоть я по-прежнему не до конца понимала, что это такое, всё же чувствовала вокруг, в руках, в воздухе какие-то пятна, будто мир становился плотнее и теплее, будто его можно было пощупать. Эол учил меня драться, защищаться, уворачиваться. Рассказывал о правилах Порядка, о том, как устроены миры.
— Есть Тростниковая Равнина, где мы живём, а есть Равнина Высокого Неба — мир, в который перемещаемся. Хрупкий и зыбкий, как песок. Несколько могущественных богов договорились о мире между ними — Кицунэ, Оками, Хэби, Цуру и Цутигумо — и стали следить, чтобы изначальный Порядок никогда не нарушался. Они глядели на оба мира, каждый в двух своих обличьях. Для каждого мира по лицу. Но потом появились люди, которые решили всё испортить. Они вечно пытаются что-то сломать, уничтожить, стереть или создать новое… Но наш долг — охранять тот Порядок, что позволяет жить в согласии, без войн и страданий.
— Но разве что-то создавать — не смысл человеческой жизни?
— Нет, смысл в том, чтобы прожить её, ничего не испортив.
Мы отдышались, и Эол перешёл в наступление. Теперь он направлял в меня искрящиеся шары, а я отбивала их потоками воздуха.
— Это называется «электричество». Так искрится энергия. Вот тебе пример. Люди не должны были обладать этой властью, но подчинили себе её, а потом стали строить вещи, которые могут уничтожить их мир.
Мне не хотелось уже спорить или даже задавать вопросы, я боялась, что Эол поймёт, насколько меня не волнует их Порядок, но всё-таки не удержалась:
— А мы верим, что первоначально мир состоял из хаоса, потом родились многие боги, которые сияли, как светлячки, и другие — злые, которые жужжали, как мухи.
— Это всё ерунда! Чушь, которую распространяют поборники Хаоса. Сначала был божественный Порядок, а потом появились те, кто мечтал его разрушить!
— Но откуда же они появились, если Порядок был неуязвим?
— Я такого не говорил. Он уязвим, и наш долг — его защищать. Сколько можно тебе повторять? Вбей себе в голову.
Эол с каждым словом делал шаг вперёд и в конце концов ткнул меня пальцем в лоб. Я отвела его ладонь от лица. Кожа — мягкая, тёплая — манила прикоснуться. Неужели опять? Что он там говорил об этом?
Его рука скользнула по моей спине на талию и сжала. И тут произошло нечто странное. Странное даже на фоне всего остального. Песок, из которого состояли наши одежды, начал двигаться, струиться, подчиняясь прикосновению. Мои плечи оголились, и Эол сделал шаг назад.
— Не стоит нам с этим спешить, Миюки. Не надо.
— Я ничего и не делала! — Но в горле застрял комок. — Я устала, хочу пить. И есть.
— Тогда пора приступить к следующему уроку. Садись на песок. Межмирье напитает тебя. Здесь ты — частичка энергии сущего и получаешь всё необходимое из воздуха. Нужно научиться медитировать.
Сначала во рту пересохло, а живот свело от голода, язык лип к нёбу, казалось, если слюна и выступит, то будет ядовитой. Но эти ощущения быстро растаяли. Всё заполнило тепло, насыщение бархатистым песком, завершённость. Словно плывёшь высоко в небе, над всеми равнинами миров. Я вспомнила, что слышала в детстве в сказках о Стране Тьмы, которая существует вместе с Равниной Высокого Неба и Тростниковой Равниной, но об этой стране Эол не упоминал. Где-то глубоко в памяти жили разные истории, только я не помнила, от кого их слышала.
