— Я… — я была в полном замешательстве, — думаю, не стоит спешить.
— У нас неделя, — напомнил Эол.
Неужели он переваливал на меня всю ответственность только потому, что ревновал к Кае? И ему ещё хватает совести обвинять других в несерьёзности.
— Предлагаю разделиться, чтобы осмотреть больше мест, — в итоге сказала я. Это решение показалось мне самым бескровным — чтобы не терпеть нападки обиженного мужчины и дать ему возможность самому всё разыскать.
Эол поморщился, но сказал:
— Ладно.
Махнул мне рукой и свернул на улицу, уводящую город на холм.
— Проверю древний монастырь. По-моему, это самое вероятное.
— Стой! Что мы ищем-то?
— Меч, яшма, бронзовое зеркало! Я же рассказывал.
— Но как их найти? Какие они из себя?
— Понятия не имею. Увидев их, почувствуешь энергию. Не ошибёшься, если хоть чуть-чуть ума есть.
Я решила пройтись по извилистому берегу, любуясь видом домов и гор, утопающих в зелени. Разгорался жаркий летний день, на улицах появлялось всё больше людей. Мне стало не по себе в новом незнакомом месте. Я не понимала, как приспособиться к их языку, куда идти. Как я должна почувствовать, откуда исходит магия артефакта?
Моё внимание привлёк человек на скамейке. На нём были простые льняные штаны и белая рубашка, но я не могла отвести глаз от его лица. Это был Коити. Именно такой, каким я его помнила. Тёмные волосы растрёпаны, губы закушены, потому что задумался. Ноги сами несли меня к нему. Как? Как он мог оказаться в этом мире?
— Коити? Коити?!
Он вскинул голову и широко улыбнулся.
— Мы знакомы?
Я застыла на месте.
— Ты ведь Коити?
— Всё верно. А вас как зовут?
— Миюки.
— Миюки-сан? Не припомню… Вы работаете в отделе маркетинга?
— Нет, мы дружили в детстве. Не помнишь?
Коити никогда не называл меня Миюки-сан. О чём я только думала? Он не мог оказаться моим Коити.
— Вы плачете?
— Ты называл меня сороконожкой, — невольно вырвалось у меня.
— Я бы никогда не сказал такого девушке, разве что… Неужели мы вместе ходили в детский сад и вы меня запомнили? Тогда, полагаю, я могу звать тебя просто по имени?
Я кивнула, не зная, что сказать, ошарашенная их сходством. Мы прошлись вдоль берега. Зашли в кафе позавтракать, а потом и пообедать. Я с удовольствием слушала про него и потом рассказывала про себя. Коити родился в деревне, а в университет поступил в Токио. К счастью, Коити часто ездил в деревню к бабушке и дедушке. Если на его воспоминая о детском саде я просто кивала, то тут смогла найти в нашем детстве похожие пейзажи. Мне было приятно поделиться с ним воспоминаниями о бескрайних рисовых полях, походах на речку, рыбалке с самодельной удочкой, туманных и манящих горах вдалеке и низких кучевых облаках. Но с воспоминаниями о купании голышом я рисковать не стала.
Кажется, он не подозревал подвоха, только периодически удивлялся, как мы могли встретиться на другом конце света в отпуске.
— Почему ты выбрала этот город? Не Измир, не Крит, не Санторини? Я не ожидал в отпуске встретить соотечественника: выбирал самое неочевидное место..
— Ну уж прости, что испортила планы.
— Ничего страшного, я не это имел в виду. Встреча похожа на волшебство.
Мы гуляли целый день, бродили и бродили, а когда уставали, заходили выпить кофе или чая. Эол оставил мне денег из этого мира, но Коити расплачивался сам. Я и не подозревала, что бывает столько видов напитков — со сливками, со странными шариками, со вкусом ягод и другие. Наше общение складывалось удивительно приятно, мы, как и всегда, в детстве, были на одной волне.
Когда солнце стало опускаться за море, мы присели на камни и болтали не умолкая, наслаждаясь закатом. Коити рассказывал о студенческих годах, как мечтал стать архитектором, сколько проектов вёл в университете, а потом попал в корпорацию; когда спрашивал что-то обо мне, я отвечала коротко и тут же снова переводила тему на него. Но он говорил, что не хочет жаловаться.
Не знаю, кто потянулся первым. Сначала соприкоснулись ладони, потом плечи. Его щека была совсем близко. Поворот головы, поцелуй, о котором я так долго мечтала.
Мы много целовались, но, когда Коити начинал настойчиво поглаживать спину, я мягко его останавливала. Что-то казалось неправильным. С Эолом я готова была пойти дальше, но сейчас…
— Мы болтали всю ночь, — наконец сказал Коити.
Горизонт розовел. И меня уколола совесть: я забыла про Эола, забыла, что должна ему помогать, хотя бы постараться выполнить свою часть дела.
— Даже не верится, — отозвалась я.
— К сожалению, мне нужно вернуться в дом, который снимаю, и отправить несколько писем по работе, иначе начальник с меня шкуру спустит.
— Не знаю, куда пойти, — честно призналась я. Хотелось добавить: «и что делать».
— Если честно, — глаза Коити прикрывала чёлка, отчего взгляд казался задумчивым, — когда я сидел в одиночестве на лавочке, совсем не мог представить, что проведу день с девушкой… Я так обычно не делаю, но мне кажется, что ты необыкновенная. Хоть и мало помню из детского сада, твои истории отзываются в моём сердце. Хочешь зайти ко мне?
— А я могу остаться у тебя? — Я не верила своим ушам.
