Скрипнула лодка, что-то пролепетали волны и просвистел ветер белому парусу. И все мгновенно стихло. Но Гед все еще ждал, держась рукой за тисовую мачту лодки и всматриваясь в ледяную изморось, которая надвигалась на него с севера, вытянувшись неровной линией. Минута убегала за минутой. И вот вдали сквозь дождь он увидел движущуюся по воде Тень.
Похоже, она успела истратить тело осскильского гребца Скиорха, и теперь по морю к Геду шел уже не геббет. Но то был и не зверь, каким она предстала перед ним впервые на холме Рока и являлась потом в его снах. И тем не менее была у нее форма, видимая теперь и при дневном свете. Трудно сказать, как она ее обрела, возможно, преследуя Геда и высасывая из него силу во время погони и схватки на вересковой пустоши, она понемногу впитала часть его плоти, а может, сам Гед, громко воззвав к ней при свете дня, заставил Тень принять зримую форму, пусть даже придав ей некое сходство с собою. Как бы там ни было, теперь она походила на человека, хотя, оставаясь Тенью, она не отбрасывала тени. И вот она шла к Геду прямо по морю, неуклюже переваливаясь с одной волны на другую, со стороны Энладской Пасти по направлению к Гонту, — размытая, плохо сработанная Тварь. Гед видел, как ее насквозь продувает ветер и пронизывают струи дождя.
Днем она становилась полуслепой, и Гед заметил ее раньше, чем она его. Он узнал ее, как узнавала его она, ибо не мог спутать ни с каким другим существом или тенью.
Гед стоял в полном одиночестве посреди зимнего моря, глядя, как приближается Тварь, наводящая на него ужас. Казалось, ветер старается унести ее подальше от лодки волшебника, да и волны бежали на нее. Гед различал Тварь плохо, но тем не менее с каждой минутой она все приближалась. Он не мог понять, двигалась она сама или ее несло к нему. Но он чувствовал, что теперь Тварь его видит. И от одной мысли, что сейчас они соприкоснутся, сознание Геда затопил леденящий ужас, смывший все другие чувства и мысли ожиданием холодной черной муки, какую ему придется испытать, пока она будет высасывать из него жизнь. Однако он замер в лодке и ждал ее. Потом резко сказал одно слово, послав в белый парус внезапный сильный порыв волшебного ветра. Лодка устремилась по волнам прямо к Твари, которая как бы пригнулась и повисла неподвижно на ветру.
И вот в наступившей абсолютной тишине Тень заколыхалась, повернулась и обратилась в бегство.
Она устремилась на север, не касаясь поверхности воды. С попутным ветром неслась за ней лодка Геда, и Тень убегала с той же скоростью, с какой ее гнал Гед, используя магию. Ветер, превратившийся в штормовой, нес их сквозь ледяной ливень. Громко гикая, юноша понукал лодку, парус, ветер и волны, как охотник подгоняет своих борзых собак, когда волк, ясно различимый, сломя голову мчит от них по равнине. Он слал в сплетенный из чар парус такой ветер, который давно бы порвал любой парус из самой прочной ткани, и лодка летела по волнам, как подхваченный ветром клок белой пены, неуклонно нагоняя Тварь, убегавшую от них.
Но вот Тень повернула, описала полукруг, сразу потускнев и расплывшись так, что напоминала уже не человека, а облако дыма; согнувшись чуть ли не пополам, она заскользила по воде с ураганной скоростью навстречу ветру, как будто решила продолжить свой путь прямо на Гонт.
Работая руками и творя чары, Гед повернул лодку, и та, завертевшись и выскакивая из воды как дельфин, сделала такой же разворот и понеслась за Тенью. Теперь Гед гнался за ней еще быстрее, чем прежде, но Тень быстро тускнела и становилась почти неразличимой. Дождь, перемешанный со снегом, стегал его по спине, жалил в левую щеку, и Гед ничего не видел дальше сотни ярдов. Шторм быстро крепчал, и вскоре Гед совсем потерял Тень из виду. Но он гнался за ней с прежней уверенностью, словно она была не призрак, скользивший над водой, а зверь, бегущий по снежному полю. Морской ветер дул ему навстречу, но волшебный ветер в парусе не ослабевал ни на миг, перед тупым носом судна во все стороны разлетались клочья пены, и лодка разрезала поток воздуха, густой, как вода.
Долго-долго длился роковой бег по штормовым волнам Тени и охотника. День быстро перешел в сумерки. Гед знал, что при той безумной скорости, какую он поддерживал в последние часы, он должен уже находиться южнее Гонта и мчать в сторону Спеви или Торхевена, если только не пролетел мимо этих островов в открытый Простор. Он не знал точно, где сейчас находится, да это его и не интересовало. Он догонял, он преследовал, и Тварь, которой он так страшился, убегала от него.
