Волшебство на один укус полностью

– Не собираюсь я ждать какого-то мелкого вредителя! – Мистер Керр начал раздраженно переворачивать миски.

Ближайшая к Роз миска едва заметно дернулась, и девочка приподняла ее ровно настолько, чтобы Жак мог выбраться и юркнуть к ней в карман.

– Под этой никого! – сказала она, демонстрируя пустую миску.

Не обнаружив мышонка, мистер Керр в ярости смел оставшиеся миски на пол. Гневно топая, он направился к гольф-карту, плюхнулся на водительское сиденье, скрестил руки на груди и состроил недовольную мину:

– Черт, думал, он уже у меня в руках.

Гус счел за лучшее улизнуть в пекарское крыло.

– Если бы не превосходные результаты вашей работы, мисс Чудс, – сухо произнес мистер Маслоу, – я бы давно вышвырнул этого кота вон.

– Нет! – воскликнула Роз. – Это единственная ниточка, связывающая меня с домом.

– Твое желание иметь связь с местом, где ты росла, мне понятно, – сказал мистер Маслоу, усаживаясь в гольф-карт. – Только, будь добра, сделай так, чтобы эта зверюга больше не попадалась мне на глаза. Держи ее в клетке. И начинай заниматься «Дамками». Мы близки к цели! Вечером, когда все сделаешь, получишь щедрую награду.

Когда гольф-карт вместе с платформой лифта уехал вниз, из кармана Роз высунулась головка Жака.

– Мерси, Роз, – важно произнес он.

– Это тебе спасибо, – улыбнулась Роз. – Ключ у тебя?

– У меня! – Жак протянул ей крошечную скалку с насечками и бороздками.

Держа руль одной рукой, Тим вел гольф-карт сквозь лабиринт складов, уворачиваясь от встречных развозных грузовиков.

– Для меня, эрмана, это проще простого! – кричал он сестре сквозь рев ветра. – Считай, я водитель-каскадер!

Алфи сидел сзади, обхватив обеими руками ящик с банками из красного стекла. Банки были пустыми, если не считать капелек густых, жирных сливок на дне каждой. Гольф-карт мчался вперед, заставляя банки звякать и дребезжать.

Роз на пассажирском сиденье одной рукой держалась за приборную панель, в другой сжимала ключ-скалку. Перед ее глазами предстало доброе мамино лицо в форме сердечка, ее непослушные кудри – черные как смоль и неизменно схваченные в рыхлый пучок, похожий на ласточкино гнездо в ветвях ивы.

Мама всегда знала, что делать. Не будь Парди Чудс заперта в отеле, точно Рапунцель в башне, наверняка придумала бы, как выпутаться из всей этой передряги. После того как Роз приготовит противоядие для «Суперштучек», ей останется исправить всего один рецепт, однако главная работа по подрыву корпорации «Лучшесс» еще впереди. Роз не представляла, как справится без помощи родителей. И все же она знала, что обязана попытаться.

Если освободить родных и сбежать прямо сейчас, кто остановит мистера Маслоу и Международное общество скалки? Никто. Это должна сделать она, Розмарин Чудс. В первую очередь необходимо уничтожить ядовитые рецепты, которые она сама же усовершенствовала, а после – найти способ разрушить планы мистера Маслоу. Только тогда можно освобождать родителей, отправляться домой и уже там всем вместе соображать, как отменить дурацкий новый закон о пекарнях.

– О чем задумалась? – Алфи легонько толкнул сестру в плечо.

– О том, как здорово будет увидеть маму.

– И вытащить ее на свободу! – добавил Алфи, но Роз на это промолчала.

Тим остановил гольф-карт перед зданием в форме торта, верхние ярусы которого, казалось, уходили прямо в облака, затянувшие утреннее небо. Трое Чудсов на цыпочках прокрались по безлюдному фойе, где мощные кондиционеры до такой степени охладили воздух, что руки Роз мгновенно покрылись мурашками. Увидев, что Роз опять явилась в компании Алфи и Тима, юный консьерж пришел в замешательство.

– Добрый день, мисс Чудс, – неуверенно произнес он. – Ваши гости из Ассоциации помощи детям со странным голосом вновь с нами?

– Кхм… да. – Роз прочистила горло. – Это двухдневный визит.

– И вы подарили им лишние банки? – Консьерж указал на ящик с дюжиной пустых банок, который прижимал к груди Алфи.

– Мои сувени-и-и-и-р-р-р-р-ры! – проревел Алфи, стараясь не наклонять ящик, чтобы не уронить банки.

Алфи произнес эти слова очень странным голосом, напоминавшим нечто среднее между голосом старухи и новорожденного младенца. Консьерж в ответ лишь кивнул, словно молча порадовался тому, что сам разговаривает нормально.

Когда подростки наконец вошли в лифт, Алфи с облегчением опустил свою ношу на пол. На бронзовой табличке рядом с кнопкой тридцать четвертого этажа Роз нашла маленькое углубление в форме скалки. Набрав полную грудь воздуха, девочка вставила ключик в скважину и услышала наиприятнейший щелчок. Роз повернула ключ вправо, одновременно нажав кнопку, и лифт с рокотом пополз вверх.

– А мы поедем домой, когда их освободим? – спросил Алфи.

Стеклянная кабина лифта поднималась все выше, открывая вид на территорию фабрики. Тим тронул сестру за плечо:

– Эрмана, разве этот Маслоу не узнает, что мы забрали маму, папу и Балтазара из отеля? Он сразу поймет, что за этим стоишь ты, и сцапает тебя, так ведь?