– Мардж, ваше место там, где вам хочется быть, – сказала Роз и поцеловала пекаршу в щеку.
– А знаешь что, Роз? – Мардж хлопнула девочку по плечу так энергично, что та чуть не упала на коленки. – Ты настоящий друг. Ты очень славная. Я горжусь знакомством с тобой.
– Спасибо, Мардж, – поблагодарила Роз. Она попыталась вообразить, что делала бы без Мардж все четыре последних дня, но ей стало не по себе и она отогнала эту мысль. – Я тоже горжусь знакомством с вами.
Мардж прокашлялась и вытерла лицо рукавом.
– Ладно, вот и поболтали. – Она повернулась к Тиму и Алфи: – Так, ребятки! Время бежит, у нас в запасе всего полтора часа. Несите сюда корень имбиря!
Братья подошли к чанам. Алфи держал в руках мерную чашку, содержимое которой очень напоминало опилки.
– Хм, и сколько нужно добавить? – вслух задалась вопросом Роз. – Определенно больше, чем щепотку. Одна щепотка, добавленная Лили, не сработала.
– Я считаю, надо высыпать все.
Прежде чем Роз успела возразить, Алфи бухнул полную чашку имбирных опилок в один из двух чанов. Миксер продолжал равномерно перемешивать тесто, и натертый корень тут же исчез в медленном водовороте густой бежевой массы.
– Ну да, это явно больше щепотки, – проговорила Роз, надеясь, что проблема с рецептом Лили заключалась именно в количестве волшебного ингредиента.
Шесть песен спустя первую партию горячих «Дамок» вытащили из духового шкафа и дали немного остыть. Пришел черед начинки. Роз и Тим намазали шесть шоколадных шайбочек белым кремом и накрыли каждую такой же.
– Ну, сейчас или никогда, – сказала Роз. Она уже представляла, как шестеро пекарей вспыхивают, точно факелы, рассыпаются в прах или просто падают замертво.
– Погодите! – воскликнул Алфи. – Не нужно есть эти «Дамки» всем сразу. Мы же не знаем, как они подействуют.
– Правильно, – согласился Тим. – Будет лучше, если их попробуют один-два человека.
– Я пас, – покачала головой Мардж. – Терпеть не могу имбирь. – В животе у нее громко заурчало. – К тому же мне страшно.
– Мы готовы это сделать, – вызвался Джин. Он шагнул вперед и потянул за собой Нина.
– Мы? – Нин в ужасе прикрыл рот ладонью.
– Да. – Джин дружески пихнул товарища в плечо. – Мы же пекари, верно? Вот и поступим как должно.
Нин не успел и глазом моргнуть, как Джин затолкал ему в рот «Дамку» с имбирным корнем от злого Трумпина, а вторую храбро съел сам.
Несколько секунд они молча жевали. Роз, Тим, Алфи и четверка пекарей напряженно за ними наблюдали. На кухне повисла тишина; Роз слышала лишь глухой стук собственного сердца.
– Со мной все в порядке! – объявил Джин, но в то же мгновение рухнул на колени и бешено задергался.
Через секунду то же самое произошло с Нином. Пекари не издали ни звука, но глаза у обоих были выпучены, а лица искажены мучительной гримасой. Внезапно правая рука и у того и у другого резко взлетела и затряслась, потом это же повторилось с левой рукой, словно в каком-то нелепом танце. А потом и Джин, и Нин повалились на пол и начали яростно извиваться, как змеи.
Роз подскочила к бьющимся в агонии пекарям.
– Что, что с вами творится?! – в отчаянии спрашивала она.
Джин и Нин одновременно обмякли.
– На помощь! – крикнула Мелани. – Они как вареные макароны!
Роз опустилась на корточки и принялась тормошить пекарей. Надо было все-таки обратиться за помощью к маме и папе, корила она себя. Ничего бы этого не случилось, если бы родители были рядом.
Еще через несколько секунд Джин и Нин встали, переглянулись и начали деловито приводить себя в порядок.
– Вообще никакого эффекта, – сказал Джин.
– Я тоже ничего не почувствовал, – сообщил Нин.
Роз, однако, видела, что глаза у обоих ярко светятся зеленым – зловещим, колдовским зеленым.
На глаза едокам попалось блюдо с четырьмя оставшимися «Дамками».
– Пожалуй, нам стоит… доесть все, – пробормотал Джин и потянул блюдо к себе.
– Отличная мысль, – обрадовался Нин и дернул блюдо в свою сторону.
Некоторое время они боролись между собой в импровизированном перетягивании каната, пока Нин наконец не запихал все четыре «Дамки» за нагрудник своего фартука.
Джин набросился на товарища, сбил с ног и вцепился в фартук, пытаясь отвоевать награбленное. Катаясь по полу, мужчины тузили друг друга.
– Отдай мне печенье! – рычал Джин.
– Ни за что! – пыхтел Нин.
Джин полоснул Нина ногтями по лицу – на щеке того заалели три глубокие царапины.
– «Дамки», «Дамки», «Дамки»! – вопил Джин.
Нин выглядел так, будто на него напала пантера, но боли, казалось, не замечал и в ответ сильно боднул Джина в переносицу.
– Разнимите их, пока они не поубивали друг друга! – крикнула Роз.
Тим схватил Нина за шкирку, оттащил к жилому крылу и запер там. Джин немного походил по кухне кругами, сопя, точно разъяренный бык, а затем ударил плечом в дверь пекарского крыла – раз, другой, третий, рассчитывая ее выбить.
– Дверь не выдержит! – завизжала Мардж. – Нужно дать парням противоядие! Как можно скорее!
