Герцог самодовольно приблизился к её лицу и навис над её губами, но Алиса взгляд не отвела, дерзко глядя в его глаза.
– Ты не боишься.
– А чего бояться?
– Меня.– он взглянул на её губы.
– Вы не создаёте впечатление человека, который любит целоваться. – криво улыбнулась она, – В остальном на балу вы себя проявить не сможете – это не входит в ваши планы.
– Знаешь что-то о моих планах?
– Вряд ли, однако смею предположить, что тратить на меня время вы сегодня не станете. – он привстала на носочки, чтобы быть ближе к его уху, и очень томно прошептала, – У вас рубашка из штанов торчит, ремень затянут не на совесть и засос на шее. Смею предположить, что последнее – след растрёпанной брюнетки с размазанной помадой, которая по кривой идёт к своим закадычным подругам. Это ли не Графиня Гринден? Герцог и Графиня – это уже не просто гормоны, а политика. При чём здесь рабыня по имени Алиса? – она отстранилась и хитро посмотрела прямо в глаза Хозяина, – Не-при-чём. Ей здесь не место, и Герцог не станет рисковать. Посему мне бояться нечего. Сегодня.
Блэквелл от души рассмеялся, приобнимая Алису за талию:
– Ты невыносима, Алиса. И ещё не надо было понимать меня настолько буквально, – он указал рукой на её платье, – Прийти голой было бы менее вызывающе.
– Зато теперь вы получите ценный в жизни урок: выражаться яснее… – как ни в чём ни бывало отвечала она.
– Ещё раз посмеешь меня учить, – заговорил он с сахарной улыбкой, – Окажешься в постели у самого конченого и старого извращенца.
Она подняла холодный взгляд на своего Хозяина, но голос её был нарочито ласковым:
– Это в вашей что ли?
Блэквелл сжал зубы:
– Я для тебя стар?
Уголок её рта чуть поднялся в кривой усмешке:
– Иначе: вы не для меня, мой Герцог, – и наклонила голову в бок, смотря уже хитро. Глаза её быстро пробежались по раздутым от злости ноздрям Лорда Блэквелла, втягивающим воздух уж больно тяжело, и в неконтролируемом порыве поджатым губам, что значило лишь одно – она допустила вольность и смела затронуть самолюбие непоколебимого с виду мужчины, от которого слишком много зависело, в частности – её жизнь, поэтому поспешила добавить, – Вы… – но не успела договорить, ведь её оборвали:
– Не трудись. Я знаю о себе всё, что нужно. Например, что не люблю вольности, но ложь люблю ещё меньше, поэтому, коли уж ты разинула рот со своим острым языком – возьми ответственность за сказанное и не засыпай это пепелище лестью. – он скосился на неё властно и безжалостно, – А вообще твоя тактика молчания была более чем удачной. – и ещё в более грубой манере добавил, – Твой рот создан не для трёпа.
– Каков же хам… – и наморщилась от обжигающей удавки-медальона.
Между ними искрило напряжение, но продлилось совсем недолго, поскольку в беседу вмешался Лорд Айвори:
– Лорд Блэквелл, не представите мне вашу знакомую?
– Без проблем. – и вот тут не ожидал никто: Герцог в несвойственной манере взял ладонь Алисы и положил на свою выбритую щёку, потираясь словно кот, – Это чудо – Леди Алиса… Риссен… Лефрой.
Алиса вскинула одну бровь, непонимающе наблюдая за судьбой своей ладони, всё служащей то ли подушкой, то ли носовым платком для герцога, не знал как реагировать и Айфори.
Однако Герцог выглядел естественно и врал правдоподобно настолько, что никто во лжи уличить его не смог бы. Лишь Алиса смотрела с хитрецой на мимику вновь непроницаемого Блэквелла, доподлинно зная, что никакая она не «Лефрой». Незначительный паузы между словами едва ли выдавали ложь, потому что Лорд Айвори ничего не заподозрил:
– Моё почтение… Моё имя Мэтью Айвори…
– …Барон Окс, – монотонно добавил Герцог, глядя в сторону.
– Вы станцуете со мной, леди Лефрой?
– Разумеется, минуточку подождёте, барон? – она присела в реверансе.
Айвори довольный удалился, а Алиса Риссен Лефрой повернулась к Хозяину:
– Лефрой?
– Не пришло ничего в голову… видишь того рыжего толстяка? – показал он на Сальтерса, – У тебя шанс показать себя не в койке: этот сальный тип мне нужен в союзниках хотя бы на время. С Айвори можно не возиться – он уже, считай, у меня в кармане. А вот Джон Сальтерс… обработай.
– Сделаю всё возможное, Хозяин! – прозвучал сарказм из её уст.
– Эй! На публике лучше меня так не называй.
– Комплекс бога?
Он фыркнул слишком громко:
– Я заклею твой чёртов рот, Алиса! Или засуну туда что-нибудь такое, что ты не будешь в восторге! – он говорил настолько правдоподобно, что на миг кожа девушки приобрела бледный оттенок, чего и добивался её Хозяин, пытаясь запугать, – Тебя приняли за леди, и тебе же лучше ею оставаться…
