-…Это было лишним! – деликатно произнёс Блэквелл, – И заклинание немоты тоже ребячий поступок недостойный Герцога. Знаю, что задел твою честь этим, надеюсь только, что смогу загладить свою вину.
Аннабель смотрела на Блэквелла застланными слезами глазами и не верила в происходящее: он извинялся впервые.
– Она пользуется тобой, ты это понимаешь?
– Анна, я не хочу это с тобой обсуждать, – спокойно предупредил Лорд Блэквелл.
– Ты хотел загладить вину, так давай всё же выясним это! – она выждала паузу, – Винсент, это Лимбо, тебе ли не знать, как это глупо повестись на подобное существо.
– Она человек, Анна, а не «существо».
– Была человеком до сделки. Ты знаешь правила, в момент заключения сделки, раб Лимбо перестаёт…
– Перестаёт попадать под категорию «человек» – это бредни старой повитухи. Этому правилу сорок лет, автор Алистер Вон Райн, поэтому у меня веский повод ставить его под сомнение.
– Он обобщил мудрость предков.
– Возможно, или просто решил лишить рабов Лимбо последнего, что у них осталось.
– Не думала, что ты такой узколобый! Вон Райны – люди прогресса, в их руках испокон веков была почти вся наука, так и осталось. Единственно наследие Сакраля – их творение.
– Это глупый спор, Аннабель.
– Хорошо… – Графиня вздохнула и смиренно посмотрела на Лорда Блэквелла, – Скажи сколько ты всё же тратишь на свою «псину»?
– Нисколько, – терпеливо ответил он.
– Откуда она? С такой магией… говорят, – она недобро прищурилась, – Многие говорят, что она действительно твоя далёкая родственница.
– Многие слишком много говорят, – ушёл от ответа Блэквелл.
– Да или нет? Вы сегодня говорили без слов, Винсент! Все это видели!
– Я – Элементаль, Анна, поэтому нет ничего удивительного или хотя бы нового в моей телепатии. Дьявол! – тихо выругался он, и нервно сел, положа руки себе на колени, – Алиса – мой самый ценный человек, почти равный мне по силе. И я её поработил самым негуманным способом. По сути, жизнь у неё забрал.
– Объясни мне тогда, зачем? Зачем это Лимбо?
– Потому что иначе она бы не выжила. И сила, я видел силу. – он закрыл глаза, воспроизводя прошлое, – Эта необъятная магия спала в ней столько лет, Алиса жила обычной жизнью, а потом плотину сорвало. Не вмешайся я… случившегося не вернуть и не исправить. Так или иначе, – он хмыкнул, – Она – неотъемлемая часть моей политики, моего наследия. Ещё раз узнаю, что ты хоть слово в её сторону некорректное бросишь, то… – он внезапно смягчил интонацию, чтобы вновь не обидеть Графиню, – Думаю, ты сама знаешь, что будет. Она только моя Лимбо, а для всех прочих Леди Примаг, моя правая рука.
– Ты с ней эти ночи был?
– Нет.
– А на прошлой неделе?
– Тоже нет.
– А с кем?
– Анна! Мы ведь это обсуждали: я делаю, что хочу, ты сама выбрала секс без обязательств, ведь так?
– Так… было так! Я хочу большего… – она посмотрела на него вновь на гране истерики и взяла его руку в свою, – Мы – самая перспективная пара Сакраля, это может быть больше, чем просто секс… не хочу, чтобы ты трахал ещё кого-то!
– Опять двадцать пять! – он резко убрал свою руку и жёстко взглянул в карие глаза, – Забудь, этого не будет. Ещё раз услышу, и не будет уже ничего вообще!
Аннабель Гринден не отличалась особым умом, но была не обделена женской хитростью. Она всегда знала, когда воспользоваться своим главным оружием – соблазнительным телом, в этот раз она не упустила шанс и пустила в ход то, что было щедро подарено ей богом.
– Сегодняшний секс, как незаконченная история, – сквозь отдышку ныла Графиня, – Я не кончила.
– Твоя цель была меня отвлечь, так и вышло.
– Ты даже не старался.
– Может потому, что не хотел?
– Но…
– Анна, я невыносимо хочу тишины.
Он лежал и с грустью думал о словах Алисы, о том, как низко он опустился в своих методах, ведь он развлекался с Аннабель Гринден потому, что ему было выгодно держать Графа Гриндена на позиции нейтралитета, а это было достижимо, только пока Аннабель была благосклонна к нему, Герцогу. В момент похищения Блэквелла Говард Гринден находился в стадии переговоров с замком Дум, но возвращение Герцога на свой пост отдалило сделку. Шаткое положение вещей заставило Блэквелла перевести интрижку с красоткой Графиней в зону политической игры, и от этого было противно. Алиса была права: он испачкался.
А Она была такая чистая, такая манящая. С ней и дышать было легко, и каждый шаг становился очевидным, даже тот, который давался хуже всего – тот, который приведёт к пророчеству матери. Всё стало просто, слишком просто и понятно после молчаливой ментальной беседы с Алисой: Винсент слишком погряз в том, что уже не отмыть, но у Неё шанс ещё был.
– Сначала тянете время, изучаете, следующая стадия обернуть силу врага против него и по пути воспользоваться его слабостью, чтобы полностью обезвредить. Но даже тогда держите ухо в остро: это может оказаться обманным манёвром против вашей гордыни и таким же сценарием обернуться уже против вас, – вкрадчиво говорю я на тренировке.
– Как эту силу направить на противника?
