– Через пару месяцев встанешь на ноги, если всё хорошо будет.
– Я и так уже две недели в этом грёбанном кресле, а до этого в постели несколько дней! Я в жизни столько не сидел на месте и сидеть не буду! – зарычал он и попытался встать, опираясь на руки, но ноги висели безжизненно.
Руки начали подводить, и он рухнул на кресло. Эндрю истерично заплакал, и Блэквелл запрокинул голову на спинку кресла и начал тяжело дышать:
– Уолт, я сдаю.
– Вижу, – тяжело сказал Уолтер, – Ты потерял контроль над собой.
– Скоро и власть уйдёт из моих рук, всё пойдёт крахом.
– Шанс ещё есть, – не слишком уверенно сказал Граф, – Винсент, ты обязательно что-нибудь придумаешь.
Блэквелл посмотрел на своего плачущего сына задумчиво:
– Эндрю с того взрыва не может успокоиться. Я напугал его, – Блэквелл тряхнул головой, прогоняя отчаяние, – Отвлеки меня, бога ради!
– А можно я? – спросил Артемис еле скрывая самодовольную улыбку.
– И чем? Тем, что ты второй в турнирной таблице? – монотонно спросил Винсент и зевнул, – «Второй» – это так себе достижение, Риордан, на тебя ставки были выше.
– Ему нет никакого резона бороться за первое место, – вступился Уолтер, – Так-то приз – брак с Анной, а это скорее добровольное сошествие в ад. Не жалко тебе его?
– Тут дело принципа. Мой заместитель должен быть лучшим во всём.
– Винс, да упаси его Бог победить!
– Пусть держится на первом месте до финала, а там мне решать! – сурово сказал Винсент и запрокинул голову, не желая продолжать спор.
– Так сказать-то можно!? – возмутился Артемис, – Я вообще-то Турниром занял лишь для отлучения глаз, если ты помнишь, Ваше Величество! – он стремительно подошёл к Блэквеллу и кинул ему на колени свиток совершенно неучтиво, за что Блэквелл снизошёл до него удивлённым взглядом.
– Что за истерики? У тебя месячные?
– Читай, мать твою! – рыкнул Риордан и взял себе стул, садясь рядом с Уолтером и Блэквеллом, – Ты среди нас один полноценно-зрячий, так что не выделывайся и читай!
Этот выпад был необычно дерзким даже для Артемиса, но Винсент спокойно развернул свиток, рассматривая его с интересом:
– Ну надо же… – восхитился он, – Подлинник!
– И ведь ты уже понимаешь где я его взял? – вновь заулыбался Артемис.
– Риордан, да говори ты уже! – изнывал от любопытства Уолтер, – Ты нашёл его, да? ДА!?
– Ох, Уолти, – торжественно завёл Артемис, – Какой-то ты нетерпеливый, что бы сказал твой отец?
Винсент сделал жест молчания, чем привлёк внимание Артемиса и тот тут же умолк.
– Это… – начал Блэквелл, – Тот самый потерянный кусок инструкций Эдамана Вон Райн, – кивнул Блэквелл, скользя глазами по строчкам текста с напряжением, – А нашёл его ты, Арти… – он задумчиво поднёс палец ко рту и прищурился, на что Артемис было открыл рот, пытаясь рассказать о своём подвиге, но Блэквелл оборвал весь торжественный рассказ, – У Флэтчера в тайнике?
– Чёрт тебя дери! – разочарованно произнёс Артемис, которому не удалось удивить Герцога, – И откуда ты это знаешь?
– Это неважно… Я боялся бы осквернить память Дронго неверными догадками, но к моему большому сожалению, они верны, – с искренней грустью заговорил Блэквелл, – Мне больно говорить это, но Флэтчер долгие годы играл лишь в угоду своим целям, каким – я не знаю теперь точно.
– Сложно поверить, – нахмурился Уолтер, – Он же был другом Феликса, обучал для Сакраля магов и всегда выступал на стороне твоей семьи, Винс.
– И я так думал. Вообще-то это всё ещё может быть правдой, точнее её частью, но в целом, Флэтчер не раз пытался мною манипулировать, а в последнее время из кожи вон лез, только ведь это не так просто…
– Но зачем ему это? – поинтересовался Артемис.
Винсент снова вздохнул и повертел в руках свиток с грустной улыбкой:
– Здесь говорится об одной ценности, способной перевернуть мир, обозначая новые порядки и новых сильных мира сего. Обладателю этого оружия не нужно будет иметь знаменитых предков, большую армию или деньги для того, чтобы перестроить мир под себя, всего-то и нужно… – он прервался и тяжело вздохнул, в общем-то, давайте я лучше зачитаю:
