– Тот же вопрос, – он облокотился на стену и сложил руки на груди, – Было спокойней без тебя. Как идиот считаю дни, когда тебя не вижу, в Мордвин возвращаюсь, загоняя лошадей, чтобы узнать где ты.
Катрина отвернулась и упёрлась головой в стеллаж, слушая его слова с замиранием сердца:
– От того, что ты говоришь, ничего не изменится. Раз и так всё ясно, то я просто хочу спокойно дождаться, когда Герцог меня куда-нибудь распределит.
И Артемис смиренно двинулся к выходу, но Катрина вдруг окликнула его:
– Стой, – она стояла всё также: лицом к стене, и говорила тихо, – Ты можешь кое-что сделать для меня?
– Конечно. Всё, что угодно.
– Раз уж всё так, как есть… – ей было тяжело говорить, поэтому она периодически замолкала, – Мне придётся подчиниться воли Герцога в любом случае, он сделает выбор за меня…
– Он не будет ломать тебя, и поверь, поступит с тобой хорошо.
– Я не сомневаюсь в его мудрости и величии, но хочу сама решить с кем… – снова замолчала, – С кем провести свою первую ночь. Я хочу сделать это с тобой.
Не веря своим ушам, Артемис замер на месте. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы вернуть самообладание, и тогда он повернулся к Катрине, подошёл к ней и взял за плечи покровительственно:
– Кэтти, я… – слова застряли у него в горле, – Я даже не знаю, что сказать! – он нервно усмехнулся, – Будь я джентльменом, я бы, наверное, как-то деликатно отказался, но я не могу… ты уверена? – спросил он и властно взяв её за подбородок, повернул к себе, – Я жутко хочу тебя, но ты доверяешь меня свою девственность… подумай хорошенько: тот ли я человек?
А она смотрела на него и молчала, и он подался вперёд, осторожно целуя её губы, которые открылись ему навстречу. Он прижал девушку к себе крепко и властно, проникая языком в её рот, напористо двигая руками. Дыхание Катрины сбилось, ей не хватало воздуха и стало жарко, она обвила своими тонкими ручками шею Артемиса, жаждя его прикосновений, но он прекратил поцелуй и отстранился, оглядывая помещение с тревогой:
– Нет, твоя девственность заслуживает более торжественной обстановки, – он коротко поцеловал её губы со стоном, ведь отстраниться вновь было невероятно сложно, а девушка тянулась к нему снова, – Кэтти, стой… не заигрывайся, я не смогу остановиться!
– Я не хочу останавливаться… – хныкнула она, спускаясь руками по его торсу вниз, – Пожалуйста, давай сейчас!
– О Боги! – взмолился Артемис, борясь с искушением и прижал Кэт к стене с силой. Он сделал к ней движение бёдрами, и она встретила это с интересом и энтузиазмом, – Что ты со мной делаешь!? – он начал расстёгивать её платье и целовать её кожу, оставляя влажные следы, но наклоняться было неудобно, поэтому он с лёгкостью подсадил девушку, давая обвить его талию ногами.
Она лишь громко дышала и постанывала, ничего не отвечая. Её пальцы тянули Артемиса за волосы, а он качал бёдрами ей навстречу, пока внезапно не открылась дверь, проливая слишком яркий свет на не вполне целомудренную картину:
– Ну ёб вашу мать! – хмуро заметил Блэквелл, – Самое место! Я бы устыдился того, что вам помешал, но… – он повысил голос и возмущённо заговорил, – Якорь тебе в задницу, Риордан! Ну она же девственница, о чём ты думаешь!? В подсобке среди мышей и крупы!? Идиот! А ну приведите в себя в порядок и брысь отсюда в разные стороны! – он даже и не думал закрывать дверь, – Катрина… – обратился он к девушке, – Мозгов бы тебе и терпения… что за блядство?
– Я… – она залилась краской и поправила платье, которое уже успел немного расстегнуть Артемис, – Я…
– Не оправдывайся, – перебил её Артемис и заслонил спиной, – Винсент, мы сейчас выйдем, не смущай её, пожалуйста.
– Пиздец тебе, если через минуту тебя не будет в конюшне.
– В конюшне? – спросила из-за спины Артемиса Катрина, – Артемис, ты уезжаешь?
– Чёрт… – молодой человек хлопнул себя ладонью по лбу, – Я же должен ехать в южные провинции.
– Двадцать минут назад, если быть точным, – поправил Блэквелл, – Так что придержите свои гормоны! А ты… – он выставил указательный палец на Катрину с хмурым видом, – Собирай манатки, поедешь сопровождать Николь Кларк в Форт Риндоу-Дэр. Поживёшь в Крепости пару дней.
– Но там сейчас ведь жуткая вьюга! – возмутился Артемис, – Морозы невероятные!
– Вот и замечательно: охладит голову и кровь. Замёрзнет так, что ни о каком сексе думать не захочет! – рявкнул Блэквелл и захлопнул дверь с шумным ругательством, и уже позже себе под нос прошипел, – Ох и дерьмовое у меня предчувствие!
The xx – Together
Артемис с Омегой занимался подготовкой к Турниру, который в кратчайшие сроки организовал Блэквелл. Удивительно было то, с какой чёткостью и сноровкой Герцог дёргал за тысячи ниточек, что способствовало быстрой подготовке. Оставалось только проконтролировать конвои, что было довольно неинтеллектуальной работой, от которой Артемис то и дело зевал:
– Он видимо счёл меня совсем идиотом, раз я этим занимаюсь.
– Не ной. Это удел мира: нудная и бескровная работа. Это раньше у нас что ни день, то заварушка.
– Ну да, сейчас этого говна меньше. Но как-то скучно.
