– Ба, а Аглая сейчас жива?
– Жива, да не жива. Одинокая бабка она, на старости лет совсем с ума сошла… Видит всякое. Раньше на каждом углу об этом твердила, вся деревня не знала, куда от нее деваться, а теперь дома сиднем сидит. Зоя ей, кстати, продукты таскает иногда да по дому убирает… Хорошую девчонку ты все же выбрал.
После того как я услышал имя Зои, думать больше ни о чем не мог. Толком не объяснив бабушке, куда собираюсь, быстро переоделся и побежал к ребятам в штаб-квартиру. Нужно было навестить Аглаю.
Дома у Зои было непривычно тихо. Я бы сказал, сегодня здесь собрались самые сливки, потому что Толстый и его шайка отсутствовали.
Ребята ждали меня за трехлитровкой компота, и, судя по количеству оставшейся в банке жидкости, ждали давно.
– Есть новости, – с ходу огорошил я, отхлебывая напиток из кружки Глеба. – Хорошие.
– Выглядишь паршиво, – перебил Рыжий. – Зойка сказала, ты простыл. Надо было отлежаться.
– Фигня, – отмахнулся я.
– Если ты о доме лесника, грампластинке и птицах, – подал голос Глеб, – то мы уже в курсе, Зоя рассказала. Ничего в этом хорошего не вижу, наоборот все. Деревня уже днем бесится, хреново это… Вот у нас действительно есть новости, но хорошими я бы их тоже не назвал.
– Ванька с пацанами ушли от нас, – отчеканила Зоя. – Толстый обозвал нас психами, и мне пришлось словесно отправить его в пешую прогулку по интимным местам.
Я не сразу уловил подавленное настроение ребят, но, когда сообразил, что дело в расколе, искренне посочувствовать не вышло. Зачем в команде нужны такие ребята, от которых все равно никакой пользы?
– Да и пусть лесом идут, – сказала Катюха, будто прочитав мои мысли, – все равно от них толку как от козла молока.
Я одарил белокурую девчушку настолько теплой улыбкой, насколько смог выдать мой измученный организм.
– Правильно, Катюх, пусть идут лесом! – слишком громко заявил я. Кажется, меня снова начинало лихорадить. – Ребят, я вам пытаюсь сказать, что выяснил, что за песня была записана на виниле. Я даже нащупал несколько ниточек, которые могут привести нас прямиком к проклятию Гнезда!
– Что же это? – скучающим тоном поинтересовался Кики.
– Бабушка Аглая! Зоя, мы должны немедленно ее навестить.
– Слав, время позднее, – протянула Зоя. – К тому же не думаю, что она будет рада гостям. Она довольно замкнутый человек.
– Ты не понимаешь, мы должны поговорить с ней. Возможно, следующий отпечаток – это ее родной дед или мать! Плюс ко всему есть большая вероятность, что именно с него начались все беды, творящиеся в деревне.
– Ладно, Зой, – развел руками Глеб, – раз Слав считает, что разговор со старушкой может нам помочь, мы должны с ней поговорить.
Зоя взглянула на меня и тоже сдалась.
Мы нагрянули к бабушке Аглае всем составом, никто не захотел отсиживаться дома, тем более после нашего с Зоей приключения с птицами. Закатное небо с каждой минутой становилось все более хмурым и тяжелым, оно нависало над нами, словно предвещая скорую беду… Или мне так только казалось?
– Аглая Васильевна, – пролепетала Зоя, почти уткнувшись носом в оконное стекло. Она пробралась в палисадник, постучала в окно и дождалась, когда старушка откроет форточку. – Аглая Васильевна, это Зоя. Нам срочно нужно с вами поговорить.
– Нам? – проскрипела женщина, отодвигая изнутри занавеску. – Кому это «нам»?
– Я пришла с друзьями. Слав – внук Анны Петровны Маршаловой. Ему нужно вам кое-что сказать.
В доме послышалось движение, дверные засовы открывались с противным громким скрежетом. На пороге дома появилась бледная, словно моль, старушка. Седина равномерно окрасила короткие волосы. Глубокие морщины на лице делали ее похожей на шарпея.
– И что, интересно, внуку Анны Петровны Маршаловой от меня нужно?
– А я вас знаю. – Не вспомнил, а будто нутром понял я, потому что провести параллель с девочкой из моего сна и этой женщиной было крайне сложно.
– И откуда же, позволь узнать?
– Из сна, – ответил я. – Я видел вас во сне.
– Слав, – пихнув меня в бок, прошептал Глеб на ухо, – не пугай старушку. В каком еще на хрен сне?
– Вы ведь видите своего деда? – не слушая друга, выпалил я. – Видите наяву, по-настоящему, не так ли?
Я почувствовал, как капли пота заливают глаза. Земля вдруг ушла из-под ног. Один момент, и я лежу на холодной траве, смотрю на ребят, нависших надо мной, все еще стараясь не отключиться. Пораненную вороном ногу обжигает нестерпимая боль. Сквозь гул, царящий вокруг, получается разобрать единственную фразу: «Тащите его в дом». Постепенно мрак сгущается, и наступает кромешная тьма.
– Ты хочешь помочь мне, Слав? Ты пришел, чтобы меня освободить?
Этот голос… Я почувствовал, как мурашки прошли по затылку и спустились ниже по позвоночнику. Женский голос. Он холодный, словно лезвие ножа, и пугающий, как шепот мертвецов…
– Кто ты? – глухо отозвался я. – Подскажи, как мне найти тебя? Я постараюсь помочь.
– Значит, ты спасешь меня? – требовательно спросила незнакомка.
– Спасу!
