– Не придушила? – взволнованно переспросила Зоя, испуганно обхватив себя за плечи. – А она точно… была мертва?
– Мертвее мертвого, Зой.
Пока Зоя пыталась переварить информацию, полученную от меня, сзади раздался гневный крик:
– Ты – урод, Слав! – Рыжий, словно разъяренный бык, вывалился из клуба. – Соблазнил Ингу и бросил! Урод! Да ты не достоин ее слез!
– Воу, воу, приятель, полегче! – Отскочив от него, я выставил перед собой руки. – Кто еще кого соблазнял!
– А-а-а-р! – Рыжий бросился на меня и чуть не упал, влепившись в деревянный забор, которым был огорожен двор клуба. Я сделал разворот и оказался совсем в другой стороне.
– Сань, перестань! – взвизгнула Зоя. – Давайте разберемся без кулаков!
– Зоя дело предлагает.
– А ну, заткнись!
Новая попытка Рыжего начистить мне физиономию была пресечена подножкой Глеба. Командир навис над Саней и потрепал его по плечу. Кики топтался сзади.
– Ты как, парень? Нормально? – Глеб поднял Рыжего на ноги и заботливо, по-отцовски отряхнул. – Что произошло?
– Инга, – скривилась Зоя.
– Ясно. Значит, так, драки в команде запрещены. У нас нет времени на выяснение отношений.
– Это у тебя его нет, – прохрипел Рыжий, вытирая слюни с подбородка, – а у меня еще два года до совершеннолетия.
– Верно, – хмыкнул Глеб. – На фиг стараться быть командой, да? Живем сегодняшним днем, наплевав на будущее?
Рыжий замолчал.
Я тоже не решался издавать лишние звуки. Все-таки я был частично виновен в расколе между Глебом и Толстым и в этой ситуации тоже внес свою лепту…
– Сань, ты же знаешь Ингу, – осторожно сказала Зоя, поглаживая парня по руке. – Слав не виноват… И к тому же он нашел нового призрака, значит, у нас есть более серьезная задача.
– И Глеб прав, – подал голос Кики. – Мы – команда! Нельзя нам терять ни одного бойца.
– Сань, – наконец-то заговорил я. – Я не собирался лезть к твоей девушке. Она позвала меня на медляк, я не смог отказать, а потом… Все вышло случайно.
– Да пофиг, – буркнул Рыжий. – Она больше не моя девушка, надо было это давно уяснить… Ладно, я с вами.
– Хорошо, – кивнул Глеб и обратился ко мне: – Значит, у нас есть новый подозреваемый?
– Мертвая девушка на Плотинке. Я был у реки, и вдруг она… Напугала до жути. И даже чуть не убила… Кажется, она там и живет.
– Живет? – изумилась Зоя. – Прямо в реке? С чего ты это взял?
– Ну как бы это сказать… она была голая.
Да, был на волосок от смерти, а такую деталь запомнил.
– Голая? – встрепенулся Кики. – Вот это поворот! Так мы должны скорее увидеть ее… и помочь! А она красивая?
Зоя треснула Кики по шее, но сдержать улыбку не смогла. Его энтузиазм перед встречей с обнаженной красавицей всех позабавил. Всех, кроме меня. Я не желал снова с ней видеться, мне хватило и одного раза.
– Значит, Плотинка? – прерывая смешки, переспросил Глеб. – Как думаете: если просто вылить в реку святую воду, это сработает?
Ребята замолчали, а я снова подумал о том, что Глеб – действительно хороший лидер, у него реально гениальные идеи. Но за этой мыслью пришла и другая – через месяц его с нами не будет…
Три недели. Целых три недели прошло с той вечеринки в клубе. В поисках новых отпечатков мы не продвинулись ни на миллиметр. Хотя если вылитую в Плотинку святую воду считать успехом, то еще одного призрака мы все-таки отправили на тот свет. Но это не точно… Мы не видели, как испарился упокоенный дух, но и я, сколько бы ни приходил потом к мосту, – просто чтобы проверить, – не встречал мертвую красавицу.
На данный момент нашей главной головной болью было стремительное приближение совершеннолетия Глеба. Мало того что мы теряли лидера, так еще и сам будущий именинник вдруг превратился в вечно ноющую субстанцию, не желающую взять себя в руки. Парень стал нарываться на конфликты и вообще часто вел себя неадекватно. Но мы не могли его осудить. Страх высасывает из человека все живое. А Глеб больше всего боялся забыть…
– И что нам с ним делать? – укрывая дремлющего Глеба тем же пледом, которым некогда укрывала меня, спросила Зоя. – Такими темпами он и до совершеннолетия может не дожить.
– Нам бы наставника постарше, – буркнул я, в тысячный раз перебирая содержимое коробки Федора Ильича. – Как Аглая Васильевна, например. Она бы его своим ромашковым настоем быстро на ноги поставила.
На похороны Аглаи Васильевны я все же сходил. Чувствовал себя скверно, потому что до сих пор думаю, что было бы, не разозлись я в тот раз. Но не пойти я не мог.
– Я думала, с ума сходят от тяжести знания, оттого, что нет возможности покинуть Гнездо, – грустно проговорила Катюха, глядя на бормочущего во сне Глеба. – А он теряет рассудок оттого, что не желает забывать…
