– Капитан хотел успеть добрать до бухты! Не успели!
Вновь корабль качнуло, и мальчишка покатился куда-то вниз, поскользнувшись на мокрой древесине. Лианна уцепилась за канаты и почти повисла на них, когда корабль снова опустился.
Сквозь вой ветра было почти не слышно криков матросов. Вода заливала глаза, Лианна едва видела. Она разглядела какие-то тени, мечущиеся туда-сюда, они что-то тянули и толкали, и поднимали.
«Надо добраться до капитана» – пронеслось у неё в голове. Зачем это было нужно – Лия сама толком не знала. Отчитать она его хотела за самонадеянность? Или, может, могла чем-то помочь? Но, не зная что ещё предпринять, она стала потихоньку пробираться рулю, где непременно надеялась найти бородатого, находчивого морского волка. Каждый раз, когда корабль взбирался на очередную тёмную волну, Лия старалась ухватиться за что-нибудь, чтобы её не сбросило за борт. И, когда судно носом ударялось в воду, выравниваясь, девушку с силой швыряло о палубу, так что неизвестно, как она не разбилась.
Вдруг на неё кто-то налетел в пелене дождя. Сбитая с ног, Лия откатилась на несколько метров и выругалась.
– Прочь с дороги! – рявкнул здоровенный матрос, которого этот толчок даже не пошатнул, и размашистым шагом двинулся дальше. Скорее всего, он даже не понял, кого сбил с ног, но Лианна в порыве ярости поклялась, что ему это с рук не сойдёт! Но было некогда предаваться мыслям о мести.
Она не успела ни подняться, ни ухватиться за что-нибудь, когда волна, пумой прыгнув через борт, обрушилась на палубу. Лия не видела её, только почувствовала, как её беспощадно, неодолимо потащило куда-то, всё дальше и дальше. Девушка пыталась уцепиться, но гладкие, мокрые доски выскальзывали из-под пальцев. Она почувствовала, как вода заполняет её рот, нос, уши и глаза, и почувствовала себя совершенно беспомощной, жалкой и маленькой.
– Нет! – вырвался у неё крик. Что-то ударило её, а потом Лианна вдруг почувствовала, как её кто-то с силой схватил. От удара у неё на секунду вышибло дух, но потом она очнулась.
– Держись! – крикнули ей. Она поглядела вниз и увидела, что под кораблём будто разверзлась бездна. Борт накренился, она бы упала вниз, если бы её не схватили. Кай изо всех сил держал её, обмотав другую руку канатом. Лия видела, как, смытые водой, с криком соскальзывают в пучину матросы и члены её собственной свиты. Она отвернулась и вцепилась в пажа.
С тяжёлым скрипом корабль опустился обратно, вода схлынула. В небе стрекотал гром, где-то виднелись молнии, но по большей части дождь заливал глаза, почти лишая зрения. Лия с трудом держалась на ногах, палуба то и дело вздрагивала.
– Ты не ранена? – донёсся до девушки уже второй крик Кая. Юноша отматывал от своей руки канат. От локтя и до самой кисти сочилась кровь из содранной канатом кожи. Лия кивнула, непонимающе глядя по сторонам. Весь корабль жалобно стонал, его, казалось, сжимают и разрывают безжалостные тиски.
– Послушай, я привяжу тебя к мачте, слышишь! – кричал паж, держа её за голову, стараясь привести в чувство. Она не понимала, чего он хочет. – Слышишь? Сейчас, идём!
Он держал её за руки и что-то ещё говорил, Лианна это запомнила, но вдруг перед её глазами выросло нечто огромное, чёрное и неизбежное.
– Кай! – только и успела выдохнуть Лия, прежде чем корабль сотряс смертельный, сокрушительный удар. Дерево под ними подпрыгнуло, треснуло, взорвалось брызгами щепок. Всё поползло по швам и лопнуло. Корабль налетел на скалу. Лианну вместе с Каем отшвырнуло к другому борту. Девушка перестала видеть. Она только чувствовала, что не может удержать рук Кая, что её тянет слишком сильно, что они выскальзывают…
И тут стало очень тихо. Так тихо, что Лия почти удивилась и успокоилась. И было очень темно. Или у неё зажмурены глаза? Лианна подумала, что это, должно быть, она умерла. А как иначе? Но, как же так? Она не успела выполнить свой долг перед отцом… Папа.
Лия вздохнула, и вдруг её лёгкие обожгло невыносимой болью. Она не должна дышать, если мертва! А в лёгкие хлынула вполне реальная вода. А потом девушку с силой обо что-то ударило. Лия судорожно вцепилась в кусок дерева, о который её швырнуло. Вокруг снова стал нарастать шум, грохот, невыносимый и злой. Обломок, за который она уцепилась, бросило вон из воды, закрутило, вновь перевернуло. Девушка чувствовала, что пальцы её постепенно разжимаются, и она новой силой вцепилась в древесину, найдя какую-то выбоину, пыталась телом врасти в спасительный обломок. Её несло куда-то с головокружительной скоростью. Вой стоял непередаваемый, ужасный, волны силились раз за разом сбить её, похоронить под своей толщей, но кусок дерева, неся на себе маленькую, едва теплящуюся жизнь, продолжал нестись куда-то, дальше от бури, дальше от корабля.
