На следующий день Лианна встретила во дворе Тиля. Он рубил дрова, и они, оледеневшие, со звоном разлетались на две половинки. Он встретил девушку взглядом и продолжил свою работу. Она, поколебавшись с минуту, подошла ближе.
– Камила рассказа мне о своей прежней жизни.
Руки Тиля едва заметно дрогнули, и он внимательно и долго посмотрел на девушку. И улыбнулся в конце концов.
– Она тебе очень доверяет.
– Да, я знаю. И ценю это! – Лия немного волновалась. Воспоминания об этом рассказе заставляли её сердце возмущённо и жалобно биться. И трепетать от восторга.
– Скажи, когда ты её увидел, то сразу понял, что любишь её?
Рыбак, не ожидавший настолько откровенного вопроса, смешался. Но, не чувствуя не доли презрения или гордыни в искреннем голосе, он опустил топор и, облокотившись на него, широко улыбнулся Лианне.
– Думаю что да. Наверное, это была судьба. Я каждый год отправлялся в порт продавать шкурки котиков, жир и рыбу. И всегда я спешил по пристани мимо нищих, стараясь на них не глядеть. Иногда я давал кому-нибудь монетку. А тут… Меня будто потянуло туда. Сперва я решил, что это сидит обычный паренёк. Но, когда она заговорила, я понял, что это девушка. И мне хотелось слушать этого голос как можно дольше, но я поскорее убрался. И я не надеялся вновь её увидеть! Но, когда я вдруг увидел её, спящей на каких-то грязных тюках…. Мне сразу захотелось защитить её. Это было такое странное чувство. И ведь на следующий день я правда уплыл! Я закончил с делами, приготовил лодку и всё в тайне надеялся, что она снова появится в порту, возможно, чтобы ещё раз увидеться со мной. Но с закатом солнца я отплыл. И я провёл несколько самых мучительных и одиноких часов в моей жизни! Никогда открытое море не казалось мне таким пустым, таким безжалостно огромным и глухим ко мне! Мне казалось, что в порту я оставил часть себя. И я вернулся. Сам не помню, на что я надеялся. Ведь вполне могло оказаться, что девушка, получив деньги, не захочет вернуться в порт. Но какое-то внутреннее чувство говорило мне, чтобы я возвращался. И когда я вдруг заметил её, понурую, медленно плетущуюся прочь, я уже не раздумывал. И невозможно описать моего счастья, когда она согласилась ехать со мной! Мне показалось, что я вдруг стал целым, полным, будто воссоединился со своей недостающей частью. И она, по дороге на Северные острова, всё мне рассказала, всю свою жизнь, без утайки, без прикрас. Просто и трогательно. И я не мог поверить, что человек, переживший такое, способен оставаться таким же чистым и добрым, как она! И она подарила мне куда больше, чем дал ей я. Наша жизнь, наши дети. Иногда я думаю, за что же мне досталось подобное счастье?
– Вы оба его заслужили, ваше счастье, – тихо и задумчиво проговорила Лианна.
«Мне казалось, что в порту я оставил часть себя» – эти слова врезались ей в ум. Лия задумывалась над ними, понимала и снова терялась в догадках. Она живо это ощущала, всей кожей, всеми чувствами, и никак не могла осознать. Но одно она чувствовала точно: ей не хватает чего-то, что-то важное у неё отняли.
Глава шестая. Рыжая красавица
Прошло два месяца. На Северных островах весна приходила поздно, но в воздухе уже отчётливо чувствовались её дуновения. Солнце всё чаще показывало из-за туч заспанное лицо, постепенно согревая каменистые утёсы. Снег становился рыхлым и сырым. Лёд ещё сковывал воду, но всё чаще начинали виднеться на нём желтые пятна, днём иногда доносился его скрежет, но по ночам всё вновь подмерзало. Но все жители чувствовали – холода позади!
В доме рыбаков всё шло своим чередом. Малыш Олли подрастал. Вначале он много хворал, видимо потому, что родился раньше срока. Но теперь он быстро рос, крепчал, его голубые, забавные глаза с интересом и серьёзным вниманием разглядывали всё вокруг. Байри хотел научить его играть в солдатиков, но братик ещё ничего не понимал и только жевал деревянные игрушки.
– Он глупый, – жаловался мальчик Лианне, показывая обслюнявленную деревянную лошадку. Девушка подавила смех, чтобы его не обидеть.
– Ничего. Уже скоро он вырастит, и вы сможете играть вместе. А пока что пойдём на улицу, там солнце!
– Идём! – весело отвечал ей мальчик.
Камила с удивлением и улыбкой наблюдала за переменами в Лие, а они были поразительными! Казалось, что Лианна просто позволила себе жить. Без утайки, без смущения она играла с Байри, развлекая его и сама наслаждаясь. Она нянчила младенца, давая Камиле отдохнуть, помогала женщине чем могла. Выглядело так, будто она старалась с лихвой наверстать всё упущенное, и будто постоянно куда-то спешила. Камила это чувствовала и не могла объяснить. Лия, казалось, пыталась увидеть и почувствовать как можно больше, насытиться полностью. Словно у неё был отведённый срок…
