– У моего отца тоже есть советница Айз Седай, но он старается держать город в неведении. Она твердит, что надо оставить эти холмы и двигаться на восток. Уверяет, будто высохшие русла вновь заполнятся водой, а на берегу одной из рек мы построим великий город. Болтает сама не знает что. Но я слышал, что Айз Седай и впрямь затеяли строить город и даже сыскали для этого огиров. Надо же – огиры! – Гарам покачал головой и, возвращаясь из легенд к реальности, спросил: – Как по-вашему, они опять задумали завладеть миром? Ну, эти Айз Седай? По мне, так стоило бы перебить их всех, пока они нас не погубили.
– Делайте то, что считаете нужным, – равнодушно отозвался Джеордам. – Ну а мне пора готовить людей к дороге через горы.
Темноволосый юноша выпрямился в седле. Похоже, ответ Джеордама его разочаровал. Видно, Гарам надеялся убедить Айил помочь ему покончить с Айз Седай.
– Хребет Мира… Вообще-то, у этих гор есть и другое название, – весьма бесцеремонно заметил он. – Некоторые называют их Стеной Дракона.
– Название подходящее, – отозвался Джеордам.
Родрик уставился на высившиеся вдали горы. И верно, самое подходящее название для Айил. Не зря же их тайное, никому, кроме них самих, не известное имя – народ Дракона. Родрик понятия не имел, что оно значит, знал только, что его упоминают лишь единожды – в день принятия копья. Интересно, что же лежит за Драконовой Стеной? Надо полагать, противник, чтобы с ним сразиться, найдется и там. Враги есть повсюду. Во всем мире есть лишь Айил, Дженн и враги. Именно так, и только так. Айил, Дженн и враги.
Ранд глубоко вздохнул. В горле першило, и было трудно дышать. Вспышки и волны света в колоннах резали глаза. Последние слова продолжали звучать у него в ушах. Айил, Дженн и враги – таков был мир. Но это был другой мир – совершенно понятно, что это была не Пустыня. Он видел мир – жил в мире, существовавшем задолго до того, как Айил пришли в Трехкратную землю.
Ранд понял, что стоит ближе к Мурадину. В бегающих глазах воина затаился страх. Что-то неудержимо влекло его в гущу колонн, а он как будто противился этому, не желая сделать еще шаг, тщетно пытаясь устоять на месте.
Ранд шагнул вперед.
Легко взбираясь по запорошенному склону холма и не обращая внимания на холод, Джеордам вглядывался в тех, кто двигался ему навстречу. Их было пятеро – трое закутанных в плащи мужчин и две женщины в грубошерстных платьях с трудом пробирались по глубокому снегу. Холода стояли уже очень давно, и, хотя старики рассказывали, что некогда на смену стуже приходило тепло, Джеордам не очень-то верил в их байки. Они ведь утверждали, будто в былые времена земля тряслась, а горы проваливались и вновь вырастали на ровном месте – все равно что волны от брошенного в летний пруд камня. Скорее всего, это небылицы. Джеордаму было восемнадцать, он родился и вырос в походной палатке и не знал никакой другой жизни, кроме этой. Не знал ничего, кроме снега, палаток и долга защитника.
Джеордам опустил вуаль и замер на месте, опершись на длинное копье. Он не хотел напугать народ из фургонов, но те все же разом остановились и уставились на его оружие – копье, висевший за спиной лук и колчан на поясе. Все пятеро были не старше его самого.
– Вам потребовалась наша помощь, Дженны? – спросил Джеордам.
– Ты назвал нас так, решив посмеяться? – воскликнул высокий остроносый парень. – Но это правда. На самом-то деле мы и есть истинные Айил. Вы же сбились с Пути.
– Это ложь! Я никогда не брал в руки меча, – огрызнулся Джеордам. Он глубоко вздохнул, стараясь унять досаду. Его послали сюда не для того, чтобы ссориться с Дженнами. – Если вы заблудились, знайте, что ваши фургоны там. – Концом копья он указал на юг.
Одна из женщин взяла остроносого за руку и тихонько заговорила. Остальные закивали, и в конце концов остроносый тоже неохотно кивнул, видимо согласившись с ее доводами. Молоденькая женщина была хороша собой. Из-под обернутой вокруг головы темной шали выбивались золотистые локоны. Взглянув Джеордаму прямо в глаза, она сказала:
– Нет, мы не потерялись, – и, посмотрев на него как-то особенно внимательно, будто только что увидела, затянула поплотнее шаль.
Джеордам кивнул. Он и не думал, что они отбились от своих. Дженны не жаловали народ, обитавший в палатках, и за помощью обращались лишь в случае крайней нужды.
– Следуйте за мной, – сказал Джеордам и повел Дженнов к лагерю своего отца, расположенному примерно в миле от места встречи.
Полузасыпанные недавним снегопадом палатки прилепились к склону горы. Обитатели лагеря настороженно поглядывали на пришельцев, но все продолжали заниматься своими делами: кто готовил пищу, кто чистил оружие, кто играл в снежки с ребятишками. Юноша гордился своим септом, насчитывавшим около двух сотен человек. Из десятка становищ, разбросанных к северу от фургонов, лагерь его отца был самым большим. Правда, на Дженнов его размеры явно не произвели впечатления. Юноше же было обидно, что Дженнов гораздо больше, чем Айил.
