Две сестры исчезли в Иллиане, одна пропала в Кэймлине. Суан поежилась, задумавшись о том, где скрываются Отрекшиеся. Слишком многие ее соглядатаи умолкли. Она, Амерлин, плавает в кромешной тьме, а где-то рядом подстерегает рыба-лев… А вот и оно – смятый клочок тонкой, как шелк, бумаги зашуршал, когда Суан стала его разворачивать.
Совет Башни, как она и предполагала, проголосовал единогласно – выкручивать руки и употреблять власть не пришлось. Раз этот человек заполучил Калландор, значит он действительно Дракон Возрожденный, ну а коли так, Башня не может оставить его без надзора. На этот счет три восседающие от разных Айя высказались сами, опередив даже предложение Суан. Странно, что среди них оказалась и Элайда. Впрочем, почему странно? Красные сестры, как никакие другие, всегда стремились держать всякого мужчину, способного направлять Силу, на привязи. Да что там на привязи – в стальных оковах!
Ей пришлось даже унимать рвение Совета. Всем тут же захотелось поскорее отправить в Тир представителей Башни, чтобы взять его под контроль. Но когда Суан получила возможность сказать свое слово и сестры узнали, что вести о Возрожденном Драконе ею получены от Айз Седай, которая за ним неусыпно приглядывает, они успокоились.
Но как обстоят дела сейчас? Почему Морейн больше не шлет донесений? В Совете росло нетерпение, и теперь все могло кончиться взрывом. Суан и сама-то порой с трудом сдерживала подступающую ярость. «Что случилось с Морейн, чтоб ей сгореть? Почему она молчит, не шлет вестей?»
Дверь с грохотом распахнулась. Сердито выпрямившись, Суан увидела, что в ее кабинет вошла Элайда в сопровождении более чем дюжины сестер. Большинство из них носили шали с красной каймой, но Суан узнала невозмутимую Белую сестру Алвиарин и стройную Джолин Мазу из Зеленой Айя. Пухленькая Шимерин из Желтой держалась позади, рядом с Данелле, голубые глаза которой вовсе не казались сейчас мечтательными и сонными. В этой компании были представлены все Айя, кроме Голубой. Некоторые явно нервничали, но большинство были настроены мрачно и решительно, а в темных глазах Элайды светилась непреклонная уверенность, даже торжество.
– Что это значит? – резко спросила Суан, со щелчком захлопнув шкатулку. Она вскочила с места и обошла вокруг стола. Сначала Морейн, теперь это! – Что все это значит, я спрашиваю? Если ты, Элайда, опять заявилась обсуждать тайренские дела, то напрасно. Тебе ведь уже сказано, что лишних в это лучше не вмешивать. И нечего вваливаться сюда целой толпой, словно к своей маме на кухню! Ты все это затеяла, так что проси прощения и уходи, не то пожалеешь, что не осталась несведущей послушницей!
Суан полагала, что ее холодный, но гневный тон вразумит забывшихся сестер, но, хотя некоторые из них и замялись, ни одна не двинулась к двери. Маленькая Данелле ехидно ухмыльнулась, а Элайда спокойно протянула руку и сорвала с плеч Суан полосатый палантин.
– Он тебе больше не потребуется, Суан, – заявила Элайда. – Ты никогда не годилась для этой роли.
От потрясения у Суан отнялся язык. Это безумие! Такого просто быть не может! В ярости она потянулась к саидар – и испытала новое, еще более сильное потрясение. Между ней и Истинным Источником вырос непреодолимый барьер – словно стена из толстого стекла. Суан уставилась на Элайду, не веря своим глазам.
Как будто в насмешку, свечение саидар появилось вокруг Элайды. Красная сестра начала сплетать вокруг беспомощно застывшей Суан потоки Воздуха, стягивая ей руки и обматывая ее тело словно тугими веревками, да так, что та с трудом могла дышать.
– Вы… что… с ума… п-посходили? – с трудом выдавила из себя Амерлин. – Да я с вас за это шкуру спущу! Сейчас же освободите меня!
Ни одна из женщин не обратила на ее слова никакого внимания.
Алвиарин принялась быстро, но без суеты рыться в разбросанных по столу бумагах, а Джолин и Данелле вместе с остальными стали перетряхивать стоявшие на полках книги – вдруг да вывалится какая-нибудь заложенная между страниц бумажка. Видимо, не найдя на столе того, что ее интересовало, Белая сестра от досады зашипела и слегка поморщилась, потом откинула крышку шкатулки – и в тот же миг шкатулка превратилась в ослепительный огненный шар.
Алвиарин вскрикнула и отскочила в сторону, тряся рукой, на которой уже начали набухать волдыри.
– С секретом, – пробормотала она чуть ли не в гневе. Большего возбуждения от Белой сестры и ждать не приходилось. – Твой малый страж был таким крохотным, что я заметила его слишком поздно.
От шкатулки и ее содержимого осталась лишь прямоугольная кучка пепла на обгорелой поверхности стола, но Элайду это не слишком огорчило.
– Уверяю тебя, Суан, ты расскажешь мне о каждой бумажке, которая здесь сгорела. Все расскажешь – и кто писал, и кому, и зачем.
– Да вы все Драконом одержимы! – воскликнула Суан. – И ты, Элайда, за это поплатишься. И остальные тоже! Считайте, что вам всем повезет, если Совет Башни не решит вас всех усмирить!
