Едва заметная улыбка, появившаяся на губах Элайды, не коснулась ее глаз.
– Совет был собран меньше часа назад. Восседающих было достаточно, чтобы, согласно закону, принять решение, и мы его приняли единогласно. Ты больше не Амерлин. Мы пришли сюда, чтобы привести в исполнение постановление Совета.
Суан вся похолодела.
«Что им известно? – с ужасом спрашивала она себя. – О Свет, что же они вызнали? Дура я, дура! Слепая, беспечная дура!»
Однако она постаралась взять себя в руки, сохранить хладнокровие. В конце концов, ей не впервой попадать в переделки. Пятнадцатилетней девчушкой Суан довелось рыбацким ножом отбиваться от четверых накачавшихся дешевым вином молодчиков, пытавшихся затащить ее в темный переулок. Отделаться от них было потруднее, – во всяком случае, она себя в этом сейчас убеждала.
– Достаточно, чтобы принять решение? – с усмешкой протянула Суан. – Ручаюсь, что вы едва дотянули до требуемого числа, да и то только потому, что собрали всех своих приспешниц и тех дурех, которых обманули или запугали. – В действительности, и того, что Элайде удалось перетянуть на свою сторону хотя бы нескольких восседающих, было достаточно, чтобы у Суан пересохло в горле, но она старалась не подавать виду. – Когда Совет соберется в полном составе, вы горько пожалеете о своей ошибке, но будет уже поздно. Слишком поздно! Никогда прежде в Башне не бывало мятежей, и на тысячу лет вперед ваша страшная участь будет служить назиданием для новых и новых поколений послушниц – чтобы неповадно было и помышлять о бунте. – На лицах некоторых заговорщиц появилась тень сомнения, – видать, Элайда не всех так крепко держала в руках, как полагала. – Так что пора бы вам прекратить дыру в днище расширять да приниматься вычерпывать воду из лодки, чтобы ко дну не пойти. Даже ты, Элайда, можешь еще рассчитывать на снисхождение, если одумаешься.
Элайда выслушала Суан с холодным спокойствием, а потом с размаху, изо всех сил ударила ее по лицу. Та пошатнулась, в глазах заплясали серебристые искры.
– С тобой покончено, – заявила Элайда. – Неужто ты и вправду надеялась, что я… что мы позволим тебе погубить Башню? Взять ее!
Две Красные сестры подтолкнули Суан вперед. Она споткнулась, едва удержавшись на ногах, метнула на них яростный взгляд – и пошла, куда ее повели. «Кого оповестить? – размышляла Суан. – И как?» Она полагала, что сумеет оправдаться, какие бы обвинения ни были против нее выдвинуты. Нужно только время все обдумать и собраться с мыслями. Все, что у них есть, даже то, что касается Ранда ал’Тора, – всего лишь слухи. А она, Суан, играет в Великую игру слишком долго, и ее не одолеть с помощью одних только слухов. Ничего у них не выйдет, если они не заполучат Мин. Вот Мин может превратить россказни в истинные свидетельства. «Сгори моя душа, – заскрипела зубами Суан. – У меня найдется что использовать для наживки!»
В приемной она снова запнулась, но на сей раз не оттого, что ее толкнули. В глубине души Суан надеялась, что Лиане не окажется на месте, но хранительница летописей находилась там. Опутанная потоками Воздуха, она в беззвучной ярости шевелила губами. Суан, конечно, уловила, когда Лиане связывали, но не поняла, в чем дело, и не обратила внимания – ведь в Башне почти ежеминутно кто-нибудь да направлял Силу.
Но запнуться ее заставил не вид связанной хранительницы летописей. На полу приемной лежал ничком высокий, седовласый, но стройный мужчина. В спине у него торчал нож.
Алрик был Стражем Суан почти двадцать лет. Быть Стражем Амерлин – нелегкое дело, но он никогда не роптал, ни разу за все эти годы не посетовал на свою судьбу: ни когда дела Суан Санчей удерживали его в стенах Башни, ни когда долг Стража Амерлин отправлял его за сотни лиг от нее – последнее особо невыносимо для любого Гайдина.
Суан прокашлялась, но голос ее по-прежнему звучал сдавленно:
– Элайда! За это злодеяние я велю засолить твою шкуру и растянуть на солнце. Клянусь!
– Ты бы лучше о своей шкуре позаботилась, Суан, – отозвалась Элайда, подойдя ближе и заглянув Суан прямо в глаза. – Тебе ведь есть что рассказать, я знаю. И ты все расскажешь, все без утайки, все – до последней крупицы. – Непривычно спокойный голос Элайды пугал больше, чем ее гневный взгляд. – Это я тебе обещаю, Суан. Отведите ее вниз!
