Некоторое время ехали молча. Анджела мысленно похвалила расторопного агента, который за несколько часов исполнил все ее указания, не задав ни единого уточняющего вопроса. Все бы так работали.
– Долго еще до Нового Орлеана? – осведомилась она через некоторое время.
– Примерно минут двадцать.
– Прибавь-ка газу. И позвони Косому Джонни, он и его услуги нам скоро вновь понадобятся.
Утро выдалось солнечное, яркое. Плотные гардины не могли сдержать рвущиеся в комнату потоки солнечного света, а малейшая щелочка между двумя их сторонами превращалась в слепящую и блистающую на темном фоне звезду.
Царящий в комнате уютный полумрак убаюкивал, просыпаться совершенно не хотелось. Сказывался долгий вчерашний день, измотавший тяжелой дорогой, и бурная ночь, выпившая до дна последние остатки сил. Но лежа в гостиничном номере под толстыми одеялами, нановирусы не распространить, а значит, надо вставать и идти. Опять идти.
Эрик заставил себя вылезти из теплой постели. Сбегал в душ, вернулся свежий, бритый и благоухающий одеколоном. Софья проснулась, но лежала сонная, лениво хлопала ресницами, глядя в потолок. Завтрак они проспали, но никто горевать по этому поводу не стал. Есть в этой гостинице отчего-то не хотелось. Решили прогуляться, зайти в какую-нибудь булочную или кафе и отведать свежих круассанов с шоколадом.
– После завтрака прямиком к Эйфельке, – строго предупредила Софья, вставая с кровати. Она потянулась, выгнулась, захрустела суставами.
– Все как обещал, – заверил ее Эрик, не сводя восхищенного взгляда с изгибов ее спины и бедер. С этого ракурса не скажешь, что девушка на последних сроках беременности. Но шоу скоро завершилось, Софья накинула сиреневый шелковый пеньюар и вяло потопала в ванную.
Эрик вздохнул и взял в руки пульт управления телевизором, нажал потертую красную кнопку. Телик, хоть и современный на вид, заводился медленно, словно поездивший не один десяток лет сааб. Экран некоторое время безмолвствовал, затем постепенно проступило изображение, появился звук.
Телевизор включился на новостном канале CNN. Диктор, приятной наружности азиат в бежевом костюме и бледно-розовом галстуке, рассказывал о новом дипломатическом скандале, разгорающемся между Россией и США. По информации из Госдепа, Россия высылает тридцать пять американских дипломатов, объявленных персонами нон-грата в связи с обвинениями в шпионаже. Кроме того, арестовано двенадцать американских граждан, не имеющих дипломатической неприкосновенности, по аналогичному обвинению. Госдеп выразил возмущение необоснованными действиями России и пообещал зеркальный ответ.
«Ха! Верещагин заработал на полную катушку», – сообщил он Софье в ванную.
«Всех взяли?»
«Не всех, но возможно, у них определенные планы в отношении оставшихся».
«Прекрасно! Пусть делает свою работу. Все получили, что заслужили».
Эрик слушал репортаж дальше. Однако о какой-либо связи очередного шпионского скандала с пришельцами не сообщалось. Значит, посланный намек или не поняли, или решили не придавать огласке.
Далее последовало короткое сообщение о том, что Черная Сфера по-прежнему находится на орбите Земли, но не предпринимает никаких активных действий. Диктор упомянул послание леймов, упорно называя его распространение хакерской атакой, и сообщил, что правительство США анализирует текст обращения и предпринимает шаги в целях противодействия повторению подобных атак в будущем.
Эрик брезгливо переключил канал, оказался на старом черно-белом фильме. Вдавил кнопку снова – мультик про пчелку Майю. Еще одно нажатие, и на экране появилась панорама африканской саванны, по просторам которой леопард стремительно несся за убегающей антилопой. Наконец догнал, несмотря на все метания юркого травоядного, повалил, впился зубами в горло и прижал лапами к пожухлой от жаркого солнца траве. Подумалось, вот так и мы, люди, живем по-прежнему: гоняемся за теми, кто слабее, жрем всех, кого можем, или убегаем от тех, кто пытается сожрать нас. И не важно, что это метафора. Она, хоть и образно, отражает реальную суть сегодняшней человеческой психологии и современного уклада жизни. Хищник и добыча, агрессия и страдание, конкуренция и насилие – вместо сотрудничества и взаимопомощи. Несколько миллионов лет эволюции приматов, гоминид и гомо не изменили психологического фундамента того существа, которого она в конечном итоге вылепила. Сделав в самом начале пути случайный и, как оказалось, неверный выбор, эволюция просто научила человека использовать агрессию более изощренными, зачастую леденящими душу способами.