«Да, общий принцип схож. В настоящее время свыше ста пятидесяти звезд в нашей галактике являются донорами и снабжают весь Лейм энергией. Этого было достаточно до тех пор, пока мы не начали задумываться о межгалактических путешествиях. Убедившись, что все разумные цивилизации, а также все планеты и области космоса в нашей галактике, где присутствует хоть какая-то форма жизни, найдены и зарегистрированы, мы решили, что настала пора сделать шаг вперед. И наши взоры обратились к Млечному Пути – ближайшей к нам крупной галактике, в которой возможно существование звездных систем с каменистыми планетами. Но громадное расстояние в два с половиной миллиона световых лет поначалу отбивало всякую охоту даже задумываться о том, чтобы преодолеть его. Такой гиперпрыжок потребовал бы энергии на много порядков больше, чем было доступно во всех имеющихся донорских звездах, а также совершенно иного принципа работы аккумуляторов и концентратора. Но десятки тысяч слитых в единую сеть надразумов, объединив мощности, нашли решение. Так был создан дисбалансер – устройство, которое, как вы уже знаете, вызывает в звездах определенного размера нарушение баланса и, как следствие, взрыв сверхновой. Если звезда предварительно заключена в энергосборочную „скорлупу“, или, по вашей терминологии, сферу Дайсона, то вся колоссальная энергия, которая выплескивается при взрыве сверхновой, не рассеивается без толку в космическом пространстве. „Скорлупа“ собирает ее, преобразует и направляет в концентраторы гипероника для осуществление прыжка нужной дальности. Так сбылась наша мечта, и мы преодолели колоссальное расстояние между галактиками. Теперь мы здесь, пользуемся плодами объединенных усилий надразумов».
Лейм окинул внимательным взглядом землян, которые пораженно молчали, осмысливая услышанное. Даже всегда невозмутимый министр Лаврин не мог скрыть изумления: брови приподнялись, он посмотрел на пришельца из-под очков широко раскрытыми глазами. Сидящий рядом с ним Валерий Аркадьевич даже покраснел от волнения, перевел ошеломленный взгляд с лейма на Райса и обратно. Это уже не научная фантастика, это просто сказка.
Первой нарушила молчание Жозефин Дидье, математик из Канады.
– Так значит, прыжок в нашу галактику был для вас путешествием в один конец? – спросила она, сняв очки и взглянув на лейма с любопытством. – Обратно вы не собираетесь?
«Вернуться обратно мы, конечно, в состоянии. Достаточно вложить нужную программу в барионные синтезаторы материи, и по прошествии некоторого времени будет готова энергосборочная „скорлупа“, дисбалансер и все, что нужно, чтобы взорвать подходящую звезду и совершить еще один межгалактический скачок. Но мы не ставим перед собой такой цели. Нам предстоит обследовать весь Млечный путь в поисках новых разумных цивилизаций. В числе прочего, это и есть то, зачем мы сюда прибыли».
Лаврин поднял руку, спросил:
– Разве ваше руководство не желает получить обстоятельный доклад или хотя бы короткое сообщение о том,
«Руководство… – смугловатое лицо лейма приобрело удивленное, даже озадаченное выражение, – у нас нет руководства. Мы – сообщество равных и решения принимаем вместе. Объединенные в Лейм разумы, конечно же, в курсе происходящих событий. Мы находимся в постоянном прямом контакте со всем Леймом даже сейчас, в эту самую минуту».
– Как? Но расстояние же… – Богданов посмотрел с сомнением.
«Используя привычную вам терминологию и опуская некоторые детали, скажу, что Лейм есть единая сущность, распределенная по галактическому гравитационному полю. Некоторые ее части сконцентрированы на периферийных устройствах, а те разбросаны по всей галактике и заняты выполнением определенных работ. Одно из таких устройств – гипероник – прибыло в Млечный путь и позволило всему Лейму установить с вами контакт и беседовать в реальном времени».
– То есть, – взял слово Райс, – вы хотите сказать, что по-прежнему связаны со всей остальной сетью, находящейся за два с половиной миллиона световых лет отсюда? Невзирая на расстояние?
«Именно так. Вам наверняка знаком феномен квантово запутанных частиц, при котором квантовые состояния двух или более объектов оказываются взаимозависимыми и воздействуют друг на друга мгновенно, несмотря на расстояние. Найдя способ управлять такими частицами и разработав систему кодирования и декодирования сигналов, мы получили возможность поддерживать мгновенную связь между разрозненными элементами Лейма».
– Поразительно! – выдохнул Богданов. – Это за пределами известной нам физики.
Гость продолжал:
«А теперь перейдем к ответу на главный вопрос, который, как нам известно, задают многие земляне: если человечество согласится на слияние разумов индивидов и взойдет на Лейм, в какой форме оно продолжит дальнейшее существование?»