«Ладно, проехали, – великодушно отпустил грехи Эрик, – как только восстановлюсь, отправимся с Софьей путешествовать. Начнем с Москвы, заодно она покажет мне столицу, а то я там кроме военного аэродрома, американского посольства и чудовищных пробок ничего не видел».
«Отведу тебя в Мавзолей Ленина», – предложила Софья с лукавой улыбочкой.
«Разглядывать трупы – удовольствие, скажем прямо, сомнительное. Давай лучше в ГУМ зайдем, много наслышан, да и людей там полно, а нам на них надо активно дышать, помнишь ведь. Но сперва расскажи все, что я пропустил».
«Удачи вам и до связи!» – сказала Ида и отключилась.
Софья подробно рассказала Эрику обо всем, что произошло после его смерти: про расстрелянного Воронина, которому боты не позволили окончательно умереть; про ракетный удар, остановленный в последний момент; про то, что Журавкин – первый «троян» – исчез, и его немедленно объявили в розыск. Планшет, говорила Софья, разумеется, нашли; он был спрятан в одном из подсобных помещений Кремля среди технического инвентаря и инструментов. «Трояна» рядом не оказалось, он успел скрыться до прибытия группы захвата. Но Верещагин, когда в последний раз звонил и справлялся о здоровье Эрика, поведал, что Журавкина уже отыскали – он был убит в тот самый день, когда все решилось. Тело нашли в мусорном баке во дворе дома одного из спальных районов Москвы. Поскольку Алексин никак не успел бы сам встретиться с Журавкиным, убить его и спрятать тело, а потом примчаться в Питер и застрелить Эрика с Игорем, напрашивался очевидный вывод, что действовал кто-то третий – возможно, обычный киллер. Спецслужбы ведут расследование, поиск продолжается.
Эрик ошеломленно молчал, слушая рассказ Софьи. Радость и воодушевление охватили его, когда осознал, что все закончилось благополучно (если, конечно, не принимать во внимание свою собственную смерть), зонд свободен, а корректоры, как он мысленно окрестил землян – гостей гипероника, – свободны и вернулись по своим домам. Теперь начинается новая веха в истории Земли, и им, десяти случайно выбранным мужчинам и женщинам, суждено сыграть в этой истории решающую роль. Радовало и то, что спецслужбы по крайней мере одного государства уже не чинили препятствий, а наоборот, активно помогали.
Однако Эрик старался быть трезвым и объективным и сознавал, что не стоит обнадеживать себя наивными ожиданиями: отношение к пришельцам может измениться. У людей в высших эшелонах власти свои интересы, и на данный момент они совпадают с интересами Лейма. Но на выбор приоритетов оказывают влияние слишком много разных факторов. Если политика поменяется, то сверху поступят приказы совсем иного рода, и тогда можно не сомневаться – службист такого склада, как Олег Верещагин, не станет колебаться. Да и вообще в общемировой перспективе вряд ли можно ожидать, что грядущий Лейм все жители и правительства Земли встретят с распростертыми объятиями. Следовало быть готовым к возможному сопротивлению.
Однако пугало и настораживало маниакальное стремление некоторых сил любой ценой уничтожить Сферу. До каких еще пределов может дойти их противодействие? Какие границы они могут позволить себе попрать и переступить? На этот вопрос еще предстояло ответить.
Теплые, ласковые волны океана набегали на песчаный берег, оставляя темные языки разной формы и длины, которые медленно исчезали, как только вода отступала, чтоб мгновением спустя принять иную форму, повинуясь прихоти новой волны. Полуденное солнце раскалило белый песок, легкий бриз поигрывал острыми ветвями высоких пальм. На пляже близ местечка Пунта Чана было тихо и пустынно, только успокаивающий шум прибоя расслаблял и дарил желанную возможность хотя бы ненадолго освободить сознание от дурных мыслей и тяжелых воспоминаний, грызущих и разъедающих самооценку, как черви яблоко.
Лежа в шезлонге в тени раскидистых пальм, Анджела имела роскошь позволить себе мечтать. Дома на мечтания никогда не хватало времени, отвлекало все: работа, дела, семья, дом. Можно было заниматься чем угодно, только не мечтать. Сейчас такая возможность наконец представилась – спасибо Джеймсу, который так заботливо и предусмотрительно приготовил и до мелочей продумал этот замечательный подарок к юбилею. Словно знал, предчувствовал, что такой отдых его жене скоро понадобится. И не в качестве праздного времяпрепровождения, не как блажь пресыщенных удовольствиями зажиточных американских бюргеров, а в качестве последнего прибежища женщины, стремящейся избавиться от стресса и негатива, накопившихся за последнюю неделю. Ведь альтернативой вновь стали бы антидепрессанты – так уже было пару лет назад. Но ей совсем не хотелось накачивать организм химией.