«Мы в курсе, зонд уже в пути, направляется к тебе, Фредерико, сохраняй спокойствие и жди сообщения. Тебе укажут координаты посадки. Зонд доставит тебя в Мехико. Если возникнут препятствия, дай знать немедленно».
«Спасибо, ребята, вы хоть и далеко, но будто совсем рядом. Спасибо, тетушка Мария, за помощь».
«Держись!»
«Не падай духом!»
Корректоры попрощались с Гонсалесом и пожелали ему удачи.
– Кто такая тетушка Мария? Личина первого контакта? – недоуменно спросила Софья.
– Скорее всего. У тебя папа, у меня Ида, а у него… – предположил Эрик и добавил со злостью в голосе, думая уже о другом: – Никак не уймутся, гады.
Они сидели на скамейке, провожая глазами толпы веселых людей, топающих по тротуару в сторону метро. Ветер дул теплый, несильный, все еще летний, хотя осень была уже не за горами. Софья встревоженно пялилась в асфальт, о чем-то размышляла, Эрик глазел по сторонам, но неприятные мысли не оставляли и его. Для чего понадобилось задерживать Фредерико сейчас, когда леймы открылись миру и заверили человечество в своих благих намерениях? О контактах Фредерико с Черной Сферой было известно, значит, его выследили и захватили преднамеренно. И о скольких подобных контактах известно еще? Кому из корректоров следует опасаться? Похоже, необходимо вплотную и с полной серьезностью заняться выяснением этого, чтобы обеспечить безопасность как свою и Софьи, так и других товарищей-корректоров. Но, черт возьми, опять отвлекаться от основной миссии? Такие задержки могут привести к тому, что к 2024 году боты не успеют обработать все коннектомы, Лейм по-прежнему останется недосягаем для человечества.
Эрик с досады ударил кулаком по скамье. Софья понимающе взглянула на друга, видимо, думала о том же.
«Вы обеспокоены?» – прозвучал приятный голос Игоря Николаевича.
«А вы нет?» – с вызовом ответила вопросом на вопрос Софья.
«Пока особых причин для беспокойства не видим, просто небольшая заминка».
Это звучало оптимистично и вселяло некоторую уверенность, однако тревога не отпускала.
«Нам интересна ваша реакция на послание землянам, которые мы сделали двое суток назад. Что скажете?»
«Красиво, эффектно, содержательно, – поделился Эрик своим мнением, – но многие начинают задумываться: что будет дальше? что предпримут инопланетяне? что придется делать людям? Я думаю, нужны новые послания».
«И, наверное, не в форме монологов, – вставила Софья, – а в виде прямого общения с человечеством».
«Отличная мысль! – похвалил Эрик. – Люди должны ясно понимать, что произойдет в обозримом будущем, и иметь возможность сказать, что об этом думают».
«Звучит замечательно, – согласился лейм, – так и поступим».
«А еще нам необходимо обезопасить себя от повторений ситуаций, в которой оказался Фредерико, – счел нужным заметить Эрик. – Если нас Софьей захватили спонтанно и по незнанию, то нападение на Гонсалеса произошло целенаправленно и было тщательно спланировано. Задержки в распространении нановируса очень нежелательны».
«Мы понимаем ваши опасения, – заверил его лейм, – но не хотелось бы начинать контакт с человечеством с каких-либо действий, которые могли бы быть истолкованы как насильственные или которые выглядели бы в глазах людей как агрессия. Мы обеспечим вам защиту и предоставим необходимую помощь, если в ней возникнет нужда, но будем при этом надеяться, что среди людей, которые отвечают за принятие решений, возобладает благоразумие. Мы же, в конце концов, никому не желаем зла».
Лейм отключился, а Эрик, слегка раздосадованный, посетовал на некоторую наивность пришельцев в отношении человечества и его мотивов, целей и возможностей. Как бы леймовская недальновидность не обернулось катастрофой…
Софья была с ним совершенно согласна, но считала, что стоит подождать и посмотреть, как будут развиваться события. Возможно, все не так уж страшно и, как говорят в России, рассосется само. Эрик не понял смысла выражения, но уточнять не стал. Они взялись за руки и продолжили путь домой.
Утомленные долгим шумным концертом, оба желали поскорее добраться до гостиницы, поэтому позволили себе в этот вечер подхалтурить и поехали вместо метро на такси.
Самолет взревел двигателями и начал разбег, пассажиров вдавило в спинки кресел. Взлетные огни за иллюминатором мелькали с каждым мигом все быстрее и через несколько секунд слились в сплошную синюю полосу. У людей захватило дух, когда шасси оторвались от бетонных плит и самолет стал набирать высоту.