Сериральда никак не могла адаптироваться и устраивала очередное представление всякий раз, когда её пытались отнять от Тианарена — даже мыться отказалась без него. Тамил предложил «так и оставить» — её состояние могло само по себе служить доказательством жестокости Ависен’эри. Феранви, однако, тут же осадила заместителя, жёстко напомнив, что в её цели не входит натравливать Юстикариум на Лилландрил. «А жаль», — не менее жёстко отвечал Тамил. Он всё ещё надеялся скинуть эту проблему на кого угодно с плеч генеральши. В конце концов, пришлось-таки позвать Тианарена, чтобы он сопроводил лилландрильскую гостью в комнату для умывания. Он заботливо терпел, и, казалось, уже привык к странностям Сериральды, как к чему-то неизбежному.
— Хоть нужду она в состоянии справить без него, на том спасибо, — ворчала Феранви. — Я дам ей еще неделю на реабилитацию, а потом мы серьезно поговорим с ней о своре ависеновских шавок.
— Не факт, что представители Божественного Обвинения войдут в ее положение и дадут ей эту неделю… — Заэль мрачно поглядывал в сторону.
Генеральша внезапно ополчилась на него.
— Чтобы я больше не слышала об этом! Мы будем говорить только в личном порядке! Я никому не позволю допрашивать её по поводу плена у Ависен’эри, ты меня понял?
— Феранви… Ты сама их сюда вызвала, а теперь будешь прятать главного свидетеля? — вступился Тамил.
— Я никого не собираюсь «прятать»! Я вызывала их по другому делу, ясно?
— А ты уверена, что это другое дело? Что это не будет сокрытием свидетельских показаний, отказом в предоставлении полной информации?
— Вы, оба! И третий ваш умник! — Феранви стукнула по столу.
— А? Я вроде как молчал и не умничал, — возразил Арек.
— Вы все, трое, несете ответственность за неприкосновенность лилландрильской девчонки! Защищайте ее от любых посягательств и контактов с гостями, вплоть до самого отъезда законников! Это приказ!
Тамил с Заэлем изумленно переглянулись, Арек утвердительно ответствовал жестом за троих.
…
Тианарен пересыпал какой-то алхимический порошок из мешочка для просушки трав в маленькую шкатулку. Таких шкатулочек в выдвижном ящике было около двадцати, на каждой был приклеен аккуратный ярлычок. Дверь в тесную лабораторию скрипнула и полумрак озарила светлая фигура Сериральды. В облике бывшей пленницы не было ничего от прежнего кошмара: распущенные волосы струились по плечам, и только теперь Тианарен заметил, что они имеют очень изысканный розовый оттенок; вместо грязного разорванного платья Сериральда теперь носила одну из выходных мантий Айвин, и даже лицо её приобрело более осмысленное выражение, хотя взгляд по-прежнему был странным, застывшим и направленным куда-то в неведомое.
— Тебе идёт белое, — прокомментировал Тианарен, не скрывая удивления. — Молодец, так и правда гораздо лучше. Размер подошёл идеально.
Айвин эта мантия была слегка великовата. Целитель не стал пересказывать, какого труда ему стоило уговорить Айвин отдать кому-то в пользование что-то из своего обожаемого гардероба. Сериральда боязливо улыбнулась и чуть присела в благодарственном реверансе. Тианарен хмыкнул, заметив, что девушка боса.
— Да, я подберу тебе какую-нибудь обувь, если твоя тебе не нравится, — он вернулся к своим ингредиентам. — Только закончу, подожди немного.
Ревизия предшествовала переносу лаборатории на первый этаж — преодоление лестниц стало для Тианарена большой проблемой. Он уже пожалел, что не попросил никого поучаствовать в своём маленьком переезде. Рядом с ним была только его лилландрильская подопечная.
— Хм… Не поможешь мне? Вместе мы справимся быстрее, — Сериральда изумленно уставилась на выдвинутый ящик. — Да, именно. Возьми часть содержимого и переложи в коробку… Столько, сколько тебя не затруднит унести.
Она на удивление охотно принялась помогать своему единственному другу, и, глядя на них, собратья-рыцари передумали вмешиваться — парочка сработалась прекрасно. Сериральда выглядела счастливой. Что на самом деле было у неё в голове, для всех оставалось загадкой.
…
— Это ты… Ты виноват во всём, не так ли? — Римайлия оглушительно хлопнула дверью и вжалась в неё спиной.
Принц Селонтарион оторвался от чтения толстенного трактата по распределению магических потоков между охранными башнями и вопросительно вскинул брови.
— Ты понимаешь, о чём я, Селон… — прошипела Римайлия, приближаясь. Только сейчас она заметила на ложе в тени балдахина обнаженную наложницу. — Вон!
Наложница вскочила с постели и поспешно облачилась в лёгкое платье.
— Тише, тише, сестрица, кто тебе разрешил так обращаться с моей девочкой? Милейна, покинь нас ненадолго, — принц учтиво кивнул, и Милейна выбежала прочь, шлепая босыми ногами по мраморному полу.
— Это ты… — продолжала Римайлия зловеще. Глаза её светились фанатичным блеском, а лицо покрылось красными пятнами. — Ты спровоцировал Лилландрил начать войну! Ты нас всех подставил! Ты нанял своих агентов, чтобы украсть Кольцо Воодушевления! Ты и сейчас прячешь его где-то у себя, не так ли?
