Слова доносились до Ависена глухо, словно через плотную завесу, но неотвратимо отчетливо. Из садового лабиринта раздался заливистый смех. Ланмилленар вновь раскрыла свой веер и изящно обмахнулась. Её щеки горели от наслаждения, и наслаждалась она реакцией супруга, который стоял столбом, всё больше белея на глазах, всё сильнее напоминая грубую известняковую статую, только грудь у него вздымалась так, словно воздуха отчаянно не хватало. Бесцветные глаза помутнели и смотрели на Ланмилленар бездумно, бессмысленно, как на пустое место.
— Ах, может, ты мне не веришь? Я предусмотрела и такой вариант, — она вдохновенно распахнула сумку и вытащила оттуда плоскую подарочную коробку, в каких обычно преподносят небольшие предметы гардероба. — Сначала я хотела вернуть тебе самую… важную часть твоего любовника, но подумала, что подарок быстро утратит приглядность, поэтому…
Ависен открыл контейнер и увидел подвязанные лентой медно-коричневые волосы, растрёпанные и ссохшиеся у корней на окровавленном куске кожи. У линии обреза скальп уже начал портиться. Поспешно закрыв коробку, Ависен бросил её на пол рядом с собой.
— А чего ты ожидал?! — резко взвизгнула Ланмилленар, заставив супруга невольно дернуться. — Что я буду это терпеть? Никогда! Приведешь ещё одного — и история повторится! Я твоя жена! Ты должен любить меня! А ты смеешь оскорблять меня своими изменами! Да с кем… С какой-то чернью! А ведь я никогда даже не помышляла о том, чтобы привести кого-то чужого в свою постель!
— Он был не чужим. Он был лучше остальных, — внезапно сорвалось с языка Ависена — он сам не знал, зачем это сказал.
— Да неужели? И в какой же позе?
— Ты совершила большую ошибку, — утробно прорычал Ависен, и выражение глаз его стремительно изменилось на яростное, глубоко ненавидящее — так только близкий человек может возненавидеть близкого.
— О, неужели ты мне угрожаешь? — Ланмилленар игриво затрепетала веером перед лицом.
— Очень большую ошибку, — повторил Ависен ещё более зловещим тоном.
Ланмилленар оттолкнулась от ограждения и припала к супругу грудью, но он оттолкнул её так сильно, что она выронила веер и чуть не оступилась о свой плащ. Азарт её от этого разгорелся лишь сильнее.
— О да, это мне нравится, эта страсть, эта ярость! Я хочу снова видеть тебя таким же страстным, безудержным, как когда-то! Это больше чем стоило того!..
Он не ответил, лишь продолжил сверлить её тяжёлым уничтожающим взглядом.
Ланмилленар присела, чтобы поднять веер, изящно раскланялась, не переставая улыбаться, и перед тем, как покинуть балкон, бросила на прощание:
— Не забывай, кто я такая. Не забывай, что мы друг друга стоим… Мы идеально подходим друг другу. До встречи, мой любимый неудачливый глупый муж.
Шумная компания в саду завела песню, которую часто поют при дворе Лилландрила как местные, так и заезжие барды — о древнем побережье, где зачарованную флягу обронили боги, а охотничий пёс в зубах принёс волшебный сосуд ничего не подозревающим мерам, устроившим привал.
Ависен опустошенно опустился на колени перед приоткрытой коробкой, сел рядом, опустил руку под крышку и накрутил на палец мягкую холодную прядь волос Менгидира. Ощущение было таким приятным и абсолютно, невыносимо чудовищным.
…
Феранви места себе не находила — ожидание никогда не было её сильной стороной. Арек метал дротики в пробковую мишень на стене, которую повесили совсем недавно.
Тамил стоял у него за спиной и приговаривал:
— Точнее. Ещё точнее! Ну что ты, не можешь попасть прямо в яблочко хоть раз?
— Попробуй попади, когда ты постоянно под руку говоришь!
— Постарайся! Юрисривы очень внимательны, знаешь ли — по отверстиям в мишени они должны видеть, как мастерски метают дротики благородные рыцари!
— Отстань, Тамил! — Арек рассмеялся и опустил руки. — Это даже не боевые дротики!
Феранви громко вздохнула и подошла к боевым магам.
— Достали. Дайте мне!
— О, сейчас генерал покажет мастер-класс!
— Давай, Фер! Только стену на вылет не пробей.
Она прицелилась, размахнулась… и промазала мимо мишени. Небоевой дротик воткнулся в рамку старой выцветшей картины с невнятным пейзажем.
Один из боевых магов хрюкнул в кулак, пытаясь сдержать смех. Феранви даже гадать не стала, кто именно.
— Да ну к Молагу!
Тяжёлая дверь медленно отворилась, и в приёмную зашёл Заэль, как всегда причесанный по стандартам морской пехоты, с выпрямленной спиной и суровым лицом.
— Генерал Феранви, я привёл шестерых стражников из Синерина. Они изъявили желание учиться у нас.
— Ну наконец-то, хоть что-то. Тамил, на тебе порядок в здании. Арек, бери себе пару и в караул. Глаз с лилландрильской дороги не спускать.
— Бери Заэля, не прогадаешь, — Тамил подмигнул.
— У нас тут не рынок наложниц! За дело, быстро! — Феранви поправила клеймору и, чеканя шаг, вышла.
Заэль покраснел.
— У тебя ужасное чувство юмора, — скривился Тамил.
— Я в курсе.
— Ну, в караул-то идём? — несмело обратился Арек.
— Идём, — Заэль кивнул на выход. — Совсем сбились с распорядка. Караул на добровольной основе!..
