Переезд занял три дня. И вроде бы я сама в сборах участия не принимала. Вещей у меня было мало. Одежда. Обувь. А всё равно, вымоталась. Ведь приходилось контролировать процесс. Мои служанки не горели желанием работать. Выполняли прямые приказы, да и то, спустя рукава.
Ая крутилась, как белка в колесе, пытаясь сделать всё и сразу. Проку от её энтузиазма почти не было. Но мне казалось, что эта суета её успокаивает, поэтому не мешала. Пусть приходит в себя. Всё-таки страху она натерпелась изрядно.
К бывшей императрице я так и не попала в эти дни. Зато узнала от Аи кое-что интересное. Например, что Старшая госпожа любит по утрам пить Золотой восход* десятилетней выдержки.
А нынешняя Императрица не очень любит свою бывшую свекровь, но считает недостойным явно это показывать. Потому, во дворец Скорби поставляют какой-угодно чай, кроме того, который там ждут. Мне же недавно досталась пара таких «гнёзд».
Я же была к чаям совершенно равнодушна. Мне что Золотой восход, что чай, который служанки пьют — всё одно. Главное, чтобы при переезде он не исчез в неизвестном направлении. Иначе, не с чем будет идти в гости.
Приходить без приглашения с пустыми руками тут считается невежливым.
Прежде с наложницей Руолан у меня не было никаких конфликтов. И я думала, что не будет. По крайней мере, сейчас. Что нам сейчас-то делить?
Как оказалось, в гареме Императора делить можно даже соломенные циновки. Вот, казалось бы, на что тебе этот старый хлам? На дворе почти лето. Зачем этот рассадник пыли и сырости? Лучше бы поблагодарила, что за нее мусор выкинула. Но нет. Прибежала и начала стенать, что я её новый дворец без циновок оставила. И, дескать, не имела я право на это. Она же мне свои оставила.
— Можешь забрать циновки из этого дворца, — милостиво разрешила я. — Мне они не нужны. Прикажи служанкам, и они перенесут.
— Да, как ты смеешь так разговаривать со мной⁈ Я — старшая законная дочь великого рода Каинас. А к какому роду принадлежишь ты?
— Сестра, ты — больше не дочь великого рода. Или забыла, что, входя в Золотой Город, женщина забывает свою семью, отдавая всю себя служению Императору? Я выше тебя по положению. Как ты смеешь так разговаривать со мной?
Руолан после этих слов была готова с кулаками кинуться на меня. Служанки удержали. Как же. Беременную же бить нельзя. Самой Руолан ничего не будет. Ну, может отругают. Или запретят служить Императору в постели несколько месяцев. А служанок накажут, что не образумили госпожу.
Наверное, я веду себя, как стерва. Но такие хищные цветочки, как эта по-хорошему не понимают. Потому что видят во мне врага и соперницу.
Конечно, так и есть. Не в том плане, что я претендую на их обожаемого Императора. Вот это сокровище мне не надо ни даром, ни с доплатой. Но любая из женщин, что родит сына, может стать следующей Императрицей, а значит, будет решать судьбу обитательниц прошлого гарема. Для них опасен мой сын и та власть, что я могу получить через него.
Так странно. Ещё недавно я, воспринимала моего принца, как неизбежную часть сделки с богиней. А сейчас всё изменилось.
У меня еще даже живот расти не начал, но мне кажется, что я его любить начинаю. Наверное, так и должно быть. Но всё равно странно.
Надо бы поподробнее расспросить того жреца об особенностях их расы. Я, в принципе, знаю, как ухаживать за детьми. С таким количеством младших братьев и сестер, это не удивительно. Однако, то были обычные человеческие дети. У меня же будет совсем не обычный малыш, а лисёнок с девятью хвостиками. Или хвостик окажется один?
Надеюсь, мальчик будет похож больше на красавца Ниэлона Акинару, а не на нынешнего Императора. Исао, предку проигрывает, примерно, в тысячу раз.
Мои размышления прервал бесцветный голос Синьян:
— Госпожа довольна своим дворцом?
— Вполне. Осталось подобрать новых слуг этому новому месту. Вы можете порекомендовать кого-то, кому доверяете?
— В Золотом Городе никто никому не доверяет. Но можно найти людей, которые будут обязаны вам. Как та девочка — Ая. Можно купить их или запугать. Сейчас вы имеете право на восемь слуг. Если родите сына, их будет двенадцать. Разве можно доверять такому количеству людей, госпожа Мейлин?
— Если покупать, всегда найдётся тот, кто заплатит больше. Если запугивать, найдётся человек пострашнее. Вы, случайно, не знаете тех, кто будет благодарен за помощь, которую я могла бы оказать?
— Жрец храма Богини сказал мне сегодня, что у девочки, которая приносит ему уголь, доброе сердце, — как бы невзначай произнесла женщина.
— Пусть приходит.
— У Рии из ювелирной мастерской, — продолжила Синьян. — Заболела младшая сестра. У семьи есть деньги. И они уже обошли всех целителей столицы. Только, бесполезно. Там родовое проклятие, медленно убивающее девочку. С таким не каждый сладит. Но дворцовые лекари не станут заниматься роднёй какой-то служанки.
— И её пришлите ко мне.