– Я чуть не потеряла и тебя, – вдруг полушёпотом начала она. – А если бы потеряла?.. – в её голосе послышалась то ли хрипотца, то ли сипота. – Тогда бы
– У тебя есть Тен, – отозвалась я и, подумав, добавила. – И Джоуи. Я для тебя никто. Бывшая жена твоего умершего племянника. Если я однажды исчезну, с тобой всё будет в порядке. Обещай.
Проколов меня насквозь своим острым соколиным взглядом, Полина выдавила из себя медный аккорд, которому я не до конца поверила:
– Обещаю.
Уже разлив вино по бокалам, мы сидели в гостиной – я на диване, Полина в кресле – и, тупо сверля расстеленный под нашими ногами ковёр, хранили тишину.
– Он заплатил за тебя три миллиона, – вдруг решила разрушить замок безмолвия Полина.
– В итоге он их вернул себе.
– Но мог и не вернуть.
Я хотела сказать, что у Дариана всегда всё продумано, но ведь он не продумал вариант, в котором меня похищают или в котором я выхожу замуж за Робина… Да, он мог никогда и не вернуть эти три миллиона.
– Природа не терпит пустоты, – продолжила Полина, – там, где люди не знают правды, они заполняют пробелы домыслом.
Она пыталась предупредить меня о жёлтой прессе. Секунду мне хотелось признаться ей в том, что я переспала с Дарианом (я ей так об этом и не сказала, считая, что она и так догадывается), но вспышка неконтролируемой истерики исчезла из моей головы так же быстро, как и возникла в ней. Для начала мне самой необходимо в этом разобраться и только потом уже решать, стоит ли вообще лезть с подобным к Полине.
– Дети по тебе скучали, – пока я молчала, продолжала Полина, мудро решив сменить русло предложенной ей изначально темы. – Тен даже плакал.
Тен. До страшного точная копия Робина, рядом с которой я должна буду прожить всю свою оставшуюся жизнь. Ну или минимум ближайшие шестнадцать с половиной лет, до совершеннолетия парня.
Я сделала судорожный глоток из своего бокала, но поняв, что этого мало, опрокинула в себя всю порцию залпом. Нет, семнадцать лет – это слишком долго, как для продолжительности моей многострадальной жизни. С этим сроком определённо нужно что-то делать… Нужно сокращать.
Нат позвонила мне ещё до того, как Полина ушла и на моём пороге объявились Пандора, мама, Пени и Миша. Огневолосая тоже хотела приехать, но из-за внезапно открывшегося на позднем сроке беременности токсикоза ей прописали постельный режим, так что Байрон уже третий день как не выпускал её дальше пределов спальни и уборной.
Решив не уточнять причину внезапно открывшегося токсикоза, опасаясь услышать, что это могло случиться с моей подругой на фоне переживаний, связанных с моим похищением, я уверила рыжеволосую, что со мной всё в порядке.
Не успела я закрыть за Полиной дверь, положить телефонную трубку на место и дойти до кухни, чтобы налить себе ещё вина, как в мою дверь позвонили. В итоге мне пришлось делить свою порцию вина на пятерых, что лично я восприняла не без досады.
– Три миллиона! – восклицала Пандора, открывая последнюю бутылку вина, каким-то чудом сохранившуюся в моих закромах. – Он действительно отстегнул за тебя три миллиона!
– И как только ты теперь будешь с этим жить, – косо посмотрев на меня, ухмыльнулась Миша.
– Ты о чём? – непонимающе посмотрела на неё мама.
– Может быть ты забыла, но Таша у нас достаточно гордая личность, – усмехаясь, Миша наливала в свой бокал виноградный сок.
– Дорогая, как он уводил тебя из больницы! – продолжала восклицать Пандора, как вдруг обратилась ко всем собравшимся на кухне, кроме меня. – Кто-нибудь кроме меня ещё заметил, какие широкие у этого мужчины плечи? Я в восторге!
– Замечательно, – раздражённо процедила я. – Только давайте вы все будете восторгаться Риорданом за пределами квартиры Робина.
С этими словами я вышла из кухни, оставив позади себя звенящую тишину.
Никто больше не заговаривал о Дариане, но я буквально слышала, как настойчиво жужжат их мысли об этом мужчине. И с этим тоже нужно было что-то делать.
