— Интересно, а это что? — Вастра легко движется сквозь заросли к стволу гигантской бальсы, что-то вытаскивает из коры на высоте своего роста и возвращается к нам, помахивая находкой.
— Шприц для гауссовки или пневморужья, — говорю, а внутри что-то нездорово ёжится. — Типа твоих стрелок для сарбакана. Может, яд, может, снотворное… Кстати, а как именно вы вычислили эту дату?
— А, местные баланду травили, а кто-то записал историю про парящую скалу и синюю будку с надписью «полиция», наведшую шороху в окрестных лесах. Ну и странный самолёт, упавший с неба. По-моему, достаточно очевидно, тем паче для середины двадцатого века, — поправляет помаду на губах Таша Лем. Вот где научилась красить губы и одновременно болтать? А главное, как ухитрилась не перемазать рясу и не поломать каблуки в этих болотах? Тут ведь только в ботинках типа моих или силурианкиных ходить. — А сразу после взрывов индейцы видели в соседнем посёлке странное трио — рыжего мужчину и двух европейских женщин, рыжую и блондинку.
— Двух? — переспрашиваю я.
— Блондинку? — живо интересуется силурианка, косясь на Роману.
Президент тем временем разглядывает шприц, который у самого её носа держит Вастра. Потом вдруг резко выбивает его из рук ящерицы:
— Никому без биологической защиты эту дрянь больше не трогать! И быстро убираемся отсюда!
— Объясни?
— Запах, — она машет ладошкой перед носом, отходя к грузовику и утягивая за собой Вастру. — Питательный бульон для микроорганизмов, хоть и протухший.
Ну, приехали. И как только она учуяла запах сквозь витающую вокруг всей троицы отвратительно кислую пивную вонь? Выдвигаю рукава с перчатками, достаю из кузова кейс для образцов. Лучше это убрать до медблока, а там изучить пристально и тщательно, с соблюдением всех норм биологической защиты. Как, кстати, и волос. Есть чем заняться, когда вернёмся на борт.
— Аптечка за спинкой водительского кресла, — информирую экипаж. — Лиловая капсула с индивидуальными инъекторами, всем по одному подкожно. На такой жаре и на таком солнце возбудители заболевания могли уже погибнуть, но лучше не рисковать.
Хорошая штука — модифицированный интерферон. Подходит не только далекам, но и любым кислорододышащим существам на основе углеродно-азотно-фосфорной триады и с левовращающими белками — то есть и землянам, и силурианам, и галлифрейцам. Удобно и надёжно, резкое повышение иммунитета до уровня далека в скафандре моим домашним зверушкам не помешает.
— Хорошо, что хоть у кого-то из нас нюх работает, как надо, — бормочет Романа, оттирая влажными дезинфицирующими салфетками чешуйчатые ладони Вастры. — А ты тоже хороша, хватаешься за всё голыми руками, как дитя малое.
Прикусываю губу, чтобы не хихикнуть даже мысленно, ведь не так давно отчитала Вастру за то же самое. Но ещё комичнее галлифрейское чувство собственной важности — это вообще что-то отдельное. Я думала, только Доктор такой заносчивый. Ан нет, похоже, это национальное.
— Конкретно здесь мы больше ничего не узнаем, — заключает Таша Лем. — В зоне возможного биологического заражения болтаться — только проблем набираться. Надо двигать в посёлок и вызнавать, с кем там был Доктор… И, дамы, у нас ещё осталось пиво.
Хлопают пробки. Я убираю кейс с образцами под своё сиденье, ибо так надёжнее, и мотаю головой — нет, спасибо. Пить хочется зверски, но по технике безопасности надо не алкоголем себя изнутри полоскать, а быстро отсюда отступить и принять антисептический душ, а потом сдать анализы в медблоке и ширнуться дополнительной дозой иммуномодулятора и вакцины.
Протираю перчатки предложенной салфеткой, словно она может чем-то помочь, и плюхаюсь за руль.
— В куз…
Резко трещит сигнал тревоги в импланте. Корабль?!
— Ты что, заснула? — с тревогой глядит на меня Таша, сунувшаяся убрать аптечку.
— Все, немедленно в машину.
Папесса незамедлительно вскакивает на соседнее сиденье, догадавшись по моему холодному голосу, что дело резко стало дрянь.
— Связь с кораблём пошла по аварийному протоколу. Кто-то перекрыл нам вход в темпоральный тоннель, прямо сейчас, — сообщаю из окошка в сторону кузова. — Романа, ищи сигнал перекрытия!
— Это не ТАРДИС и не технологии Повелителей Времени, — почти сразу сообщает она, вывесившись из кузова в сторону кабины, пока я раскручиваю движок. Одновременно с её словами мои слуховые рецепторы улавливают странный звук, похожий на растянувшийся до бесконечности хлопок, но прежде чем я понимаю, что это свист воздуха, врывающегося в микроскопически тонкий, опустошённый узким высокотемпературным лучом вакуумный канал, нам наперерез падает пылающий ствол бальсы. Засада!
Но мы были готовы к такому развитию событий. Даже не переглядываясь с папессой, одновременно тянем руки к одному и тому же новенькому переключателю на приборной доске.
