В определенное время, как и было назначено, у нас состоялась ретроспектива, правда, она проходила тоже онлайн. К сожалению, такой формат не дает ни остроты эмоций, ни повышения мотивации. Но тем не менее встреча была конструктивной и деловой. Вопросы, которые мы обсуждали, касались тех ограничений, которые продолжают сковывать исследовательскую деятельность, и возможностей их преодолеть. Помимо общих ограничений, у наших «эйджалистов» были и свои собственные вызовы.
Некоторые из наших молодых ученых пошли работать в скорую помощь, проявляя свою гражданскую позицию. И это уже не про Agile. А про то, что мы восхищаемся этими людьми, их самоотверженностью в науке, их смелостью в исследованиях, открытостью ко всему новому и бесстрашием в борьбе за здоровье людей. Так этот проект влияет и на нас – его консультантов и провайдеров.
В книгу вошло очень важное и глубокое интервью с Заказчиком по роли в Agile и вдохновителем всего проекта «Agile в науке». Наш разговор с Петром Сергеевичем коснулся не только гибкого менеджмента в научной среде, но и системы подготовки молодых ученых в медицине, и отношения общества, и этики ответственности перед будущим, которая отличает тех, кто, несмотря на все несовершенства, делает свое благородное дело.
–
– Цель Института регенеративной медицины и всего Сеченовского университета – создание современного национального центра компетенций. Для нас важно повысить качество жизни людей теми технологиями, которые у нас есть. Поэтому мы системно подходим к привлечению молодых исследователей и передаче им навыков от более опытных. Найти подготовленного понимающего ученого очень сложно. Мы испытываем кадровый голод для реализации междисциплинарных проектов. Хочешь найти молодых ученых – расти их, передавай свои знания и опыт и будь готов к тому, чтобы их потерять. Потому что чем они талантливее, тем более востребованы, они могут уехать и уезжают. Поймите меня правильно, современный научный язык не имеет границ, и то что ребята уезжают – в этом есть свои плюсы, и мы с ними потом сотрудничаем. Но в любом случае поиск талантов, их обучение и включение в интересные проекты – это важнейшая часть нашей работы.
И в такой обстановке кадрового дефицита предложение создать мобильные самоуправляемые команды, работающие в четком ритме и выдающие регулярный результат стало прекрасной возможностью для Института. Появилось желание испытать, посмотреть, как молодые ученые втянутся в эту историю, заинтересовать их, создать дополнительную мотивацию. Для молодых такой эксперимент – это вызов и драйв, они раскрываются больше, показывают себя с других, ранее невидимых нами сторон, делают больше и быстрее и дают тот самый результат, на который мы все нацелены.
Наши проекты по Agile стали теми кубиками, из которых строится работа Института.
–
– Для меня было неожиданностью, что Agile заинтересовал так много людей. У тех, кто выразил желание войти в команды, повысился интерес к научной работе, появилось дополнительное неформальное общение. После первых же недель я увидел, что проявилась инициатива ребят, Agile помог активировать скрытые резервы. Такой эффект дает, на мой взгляд, четкое структурирование работы в командах, понимание того, что сделано, обсуждение того, что предстоит сделать, постоянный контакт с заказчиком. Вижу серьезные изменения, и далее мы намерены новые проекты, по крайней мере часть, переводить на рельсы Agile. Мы видим в этом большую перспективу для становления молодых ученых.
–
