- Да какой офицер… тьфу ты… мобилизованный он. Все оправдывается, что, дескать, три месяца всего прослужил у Попеляева. И в боях, дескать, не бывал. А потом – в лес убег, с еще несколькими. Партизанил, значит.
- Так что ж ты, Мироныч, его тогда – шпыняешь?
- У беляков был? Был!
Помолчали. Мироныч свернул новую самокрутку.
- А что… здесь сильно воевали-то с беляками?
- Так… а как иначе-то? Ведь сволота же! Так-то… если мобилизованные, то могли и не кончать, ежели в плен брали. А уж если офицер, а тем более – если из казачков! Что ты! Они ведь, тьфу ты… они нашего брата – не жалели. А уж казачки-то – живодеры те еще были. И если кто из молодых еще… тут по-разному могло быть. А вот из старых возрастов – ух и лютые были, ох и злыдни! Ну да и к ним у нас – особое отношение было, ага!
- А вот интервенты? Они тоже лютовали?
- Да по разному… Если где часть в порядке, офицеры там… вроде и ничего такого. А вот всякие команды… те тоже были сволочи. Все по селам шныряли, продовольствие, фураж. Грабили, конечно. И баб валяли. И попробуй против вякни – быстро оформят как большевистского партизана. А там – конец один. Американцы тут были… французы… немного, правда. Американцы – те торгаши бессовестные, все какие-то купи-продай. Ну да, мы их тоже не баловали! На хер ты сюда пришел? А пришел, так не жалуйся!
«М-да… сурово тут было, и кроваво. Да и у нас – примерно также. Это только к концу семидесятых почему-то в фильмах и книгах стали белогвардейцев облагораживать. С какой целью? Да, понятно, с какой! А потом и вовсе – хруст булок, балы, юнкера, барышни-гимназистки! Все в розовом цвете, да все эльфы благородные!».
- Может – по чайку, Мироныч?
Попив чаю, Иван завалился спать.
«А не прост Осип Миронович, не прост! И повоевал… добро, и крови на нем…да».
Поутру, как уже привык, Иван поднялся рано. Выскочил за клуб, стал разминаться, делать зарядку. К тому времени, когда проснулся Илья, он уже бодрый, умытый и свежий сидел в комнате, пил чай с Миронычем.
- А ты где умывался-то, Иван? – физиономия директора была изрядно помята, как будто полночи пил горькую.
- Так вон, за печкой же умывальник, Мы с мужиками уже давно его там поставили!
- А ты чего не переезжаешь-то, не обживаешься? Договорились же, - Илья вытерся поданным ему Косовым полотенцем.
- Не… я так не хочу. Обустроить все нужно, как положено. Чтобы жить нормально, а не как бродяга, - чуть не ляпнул, как бомж!
Попив чай, они снова пошли в зал.
- Давай прогоним все еще раз, посмотрим, что получается. Я думаю, Калошин с Варей приедут часам к одиннадцати, - Илья снова уселся с аккордеоном в руках.
Ну что, прогнали. Получалось вроде бы неплохо, как на взгляд Косова.
- Так. Ладно, хватит! Нам не с концертом перед ними выступать. Если, как ты говоришь, этот фраер в музыке не лох, то он сразу врубится, подойдут ему песни, или нет. А я, пока время есть, лучше вон до станции сбегаю – что-нибудь на бутерброды куплю, да еще что. Может вина какого-нибудь взять? У нас же – деловые переговоры будут, нужно контрагентов умаслить. Ты как думаешь, Илья?
- Иван! Ну вот что ты за человек – то шпана какая-то из тебя прет, то, как приказчик купеческий заговариваешь! А по поводу вина… лишнее я думаю, это…, - Илья морщился.
- Ну… по поводу шпаны – я ж детдомовский! Как говорится – «Бытие определяет сознание»! Воспитание хромает, ага! И вот ты не прав! Даже если тебе эти люди неприятны – сделай вид, что тебе насрать! Будь вежлив и корректен! К тому же – будет дама, а она, хоть и твоя бывшая, но обхождение все-таки нужно иметь. Иначе и связываться с ними не надо было!
Илья махнул рукой, мол, делай как знаешь!
Он успел к одиннадцати. И колбасы купил, на вид – неплохая, даже сыр какой-то у бабули взял. Хлеба свежего опять же… А вот с вином – долго пробегать пришлось. Уже собирался и вовсе возвращаться, но добрые люди подсказали, где тут бакалея продается. Вино он здесь еще не пил, потому выбрал больше – по цене, что подороже. Да там и не винный супермаркет будущего был, а лавка бакалейная. Ну – пусть не лавка, а магазин, но все же выбор был не богатый. Вот еще – шоколад прикупил!
Они сидели в зале, когда гости зашли в клуб. Илья все показывал Косову, как правильнее, по его мнению, играть «Улицу».
- Здравствуйте! – звонкий голос, красивый.
