| The horse he intends firing at is no longer at rest, nor is he browsing upon the beans. He has become engaged in a sort of spasmodic struggle-with his head half buried among the bushes! | Лошадь, в которую он было прицелился, уже больше не стоит спокойно и не щиплет акации: она судорожно дергает скрытой в ветвях головой. |
| Calhoun sees that it is held there, and by the bridle-rein,-that, dragged over the pommel of the saddle, has become entangled around the stem of a mezquite! | Колхаун догадывается, что поводья, переброшенные через седло, зацепились за ствол акации. |
| "Caught at last! | "Наконец-то попалась! |
| Thank God-thank God!" | Слава Богу, слава Богу!" |
| He can scarce restrain himself from shout of triumph, as he spurs forward to the spot. He is only withheld by the fear of being heard from behind. | Колхаун бросается вперед, сдерживая торжествующий крик, чтобы его не услышали те, что позади. |
| In another instant, he is by the side of the Headless Horseman-that spectral shape he has so long vainly pursued! | Через секунду капитан уже около всадника без головы -- загадочного всадника, которого он так долго и тщетно преследовал! |
| Chapter Ninety Two. A Reluctant Return. | Глава ХСП. ВЫНУЖДЕННОЕ ВОЗВРАЩЕНИЕ |
| Calhoun clutches at the trailing bridle. | Колхаун хватается за поводья. |
| The horse tries to avoid him, but cannot. His head is secured by the tangled rein; and he can only bound about in a circle, of which his nose is the centre. | Конь пробует вырваться, но не может -- ему мешают зацепившиеся за акацию поводья; он только описывает круги вокруг куста, который его держит. |
| The rider takes no heed, nor makes any attempt to elude the capture; but sits stiff and mute in the saddle, leaving the horse to continue his "cavortings." | Его всадник ничего не замечает и не делает никаких попыток, чтобы избежать плена; он неподвижно сидит в ceдле, не мешая коню вертеться. |
| After a brief struggle the animal is secured. | После некоторой борьбы гнедой покоряется и позволяет привязать себя. |
| The captor utters an exclamation of joy. | Колхаун вскрикивает от радости. |
| It is suddenly checked, and by a thought. He has not yet fully accomplished his purpose. | Но мелькнувшая мысль заставляет его сразу замолчать: ведь он еще сделал не все, что задумал. |
| What is this purpose? | Что же он задумал? |
| It is a secret known only to himself; and the stealthy glance cast around tells, that he has no wish to share it with another. | Это известно только ему; и, судя по тому, как он озирается вокруг, нетрудно догадаться, что он не хотел бы, чтобы другие проникли в его тайну. |
| After scanning the selvedge of the thicket, and listening a second or two, he resumes action. | Внимательно осмотрев окружающие заросли и прислушавшись, он приступает к делу. |
| A singular action it might appear, to one ignorant of its object. | Человеку непосвященному его поведение показалось бы очень странным. |
| He draws his knife from its sheath; clutches a corner of the serap?; raises it above the breast of the Headless rider; and then bends towards him, as if intending to plunge the blade into his heart! | Он достает нож, приподнимает полу серапе над грудью всадника без головы и наклоняется к нему, словно намереваясь вонзить лезвие в его сердце. |
| The arm is uplifted. | Нож уже занесен... |
