Стараемся не обращать внимания на их взгляды, но я время от времени срываюсь, отвечая взрывом бешенства встречающему нас недоумению (отсюда, конечно, и Женечкино предположение, что мне стыдно). Бассейн. Женечка плавает с закрытым, исполосованным горем лицом, несколько раз встает под нестерпимо ледяной душ. Комментирует: «Женщины, глядя на меня с осуждением, думают: я бы так не могла, мужчины – с одобрением: вот так смелая девушка». Поднимаясь к себе на замковый холм, обыкновенно по пути отдыхаем на скамейке, молчим или обмениваемся впечатлениями о бойких дроздиках. Стоило нам сесть на скамейку, как, прежде спокойные, дроздики начинали летать вокруг нас, будто «слет» у них начинался.
Иногда совершаем прогулки в противоположном хутору направлении, от «Черного креста» к часовенке. Сначала идем по лесной дороге. Здесь всегда сумрачно, только на соснах яркие блики солнца, светло-желтые утром и багряно-красные вечером. По этой дороге мы чаще гуляем по вечерам. Потом крутой спуск выводит нас к виноградникам и фруктовому саду. Здесь можно лакомиться сливами и красной или черной смородиной, сидя на лавочке, любоваться открывшейся панорамой бесконечных холмов, селений под красными крышами. Потом опять подъем к самой часовенке, маленькой, кем-то заботливо ухоженной, всегда со свежесрезанными цветами перед Богоматерью.
На обратном пути вспоминаем Женечкину прежнюю работу, многократные командировки, чаще всего в Новосибирск, насмешливых и остроумных коллег-подружек. Никогда прежде Женечка не вспоминала так обстоятельно, подробно и окончательно, передавая мне на хранение свои воспоминания. Нестерпимая мука прощания; принятие распятия, длящегося, предстоящего.
Была еще одна дорога. Не доходя до часовенки, сворачиваешь налево, долго кружит дорога по холмам и выводит тебя на площадку, «мыс», как мы ее называли, обращенную на расстилающуюся внизу бескрайнюю долину, полную света и воздуха, окаймленную далекими горами. В этой долине лежит Страсбург, и в хорошую погоду можно видеть очертания кафедрального собора, всегда Женечку влекущего. И в первой Женечкиной квартире собор открывался взору вертикалью своей мощи, и во второй квартире был виден шпиль собора, и из окна больничной палаты можно было его увидеть, что Женечку при всем накрывавшем ее ужасе, воодушевляло.
Именно на «мыс» Женечка любила ходить одна.
Желая Женечке спокойной ночи, всякий раз надеюсь услышать: «Посиди со мной». Часто слышу. Сижу, массирую ноги, спину, глажу, целую голову, замираю от обращенного в неведомую мне бездну взгляда. Женечка как будто приняла свое одиночество, признала его как единственно доступное ей состояние, уже не пытаясь его с кем-то разделить. Вера в родителей утеряна, они не могут спасти, уберечь, только порой – утешить, приласкать.
Мне хочется укрыть, поддержать Женечку цветаевскими строками, но я отчего-то не смею.
Однажды, прощаясь на ночь, я как-то вымученно, бессильно говорю: «Все будет хорошо». Ночью Женечка, почувствовав фальшь моих слов, приходит ко мне в комнату: «Ты не веришь?» А на одной из прогулок совсем доверчиво, как в прошлые, минувшие времена, спрашивает, да нет, не спрашивает, скорее утверждает: «У меня ведь теперь не меньше шансов выздороветь, чем тогда?» (после первого цикла лечения)… И мое подтверждение, прячущее ужас.
Женечка по-разному примеривалась к болезни, переходя от шутливого регистра к горькому. Порой Женечке казалось, что то были три разные болезни. Однажды она высказалась, что в первый раз ее вылечили, а потом пришла новая болезнь. Про первую болезнь Женечка говорила: «Чтобы я от Сечкина избавилась». Про вторую болезнь: «Чтобы я с Томасом не водилась». А про последнюю: «В третий раз заболеваю. Бог не хочет меня на земле». Непомерны эти слова для меня, в них нет богоборчества, есть доверие к жизни, Вера в Высшее Начало. Неужели здесь, на краю, может жить Вера?
Этим последним летом Женечка вдруг прильнула к заклинанию, к формуле, которую я все твердила в «первую болезнь», извлекая из нее какие-то силы и смысл: «Одержаньем одержанья победим свои страданья, и сомненья-озаренья» (Е. Марченко).
Моя излишняя, назойливая озабоченность, чем накормить, что приготовить. Рецепты из интернета, из книги «О вкусной и здоровой пище».