По еще одной версии командора, иса Ия пострадала из-за своего раба. На девушку вышли зачинщики многочисленных мелких восстаний на территории бывшего Асилума. О них умалчивали, но, сколько ни прячь, правда все равно даст о себе знать. Они похитили ее, чтобы вернуть принцепса, втайне все это организовавшего, и поставить того во главе освободительного движения. Кто-то новый властвовал на улицах Эгрисси, а Андраст об этом не знал. Сперва он думал на банкира иса Лукра, тот даже связывался с Метелом. Но делец в остальном вел себя тихо. А может, это был Зентис? Появился неизвестно откуда и сразу прибрал к рукам весь теневой рынок, установив жесткие порядки там, куда стражи соваться боялись. Банды контрабандистов, прежде разобщенные, начали работать вместе, спланированные операции по их поимке проваливались одна за другой. И будто бы в насмешку над командором, стоило страже найти очередной притон, там оставляли небольшие «подарочки»: связанных по рукам и ногам самых отъявленных преступников, убийц и грабителей; записки с выражением благодарности за хорошую работу стражи. Зентис, или кто-либо еще, знал досконально, что предпримет командор Эгрисси, пользовался этим, считая лично Юлиана Андраста ни на что не способным идиотом. Про Зентиса говорили на каждом углу, Андраст мечтал поймать мерзавца и очистить улицы города от его присутствия раз и навсегда, но плотно заняться этим делом никак не удавалось.
Да, Зентис мог быть связан с Асилумом.
«Несколько притянуто», – решил Андраст, вспомнив, что предлагал Совет Метелу изначально – власть, протекторат метрополии в лице Эгрисси. Тот отказался. А Зентис, с этим типом Андраст разберется.
– Иса Ия расстроена, – вдруг буднично сообщил Максимиллиан, неосознанно прикладывая руку к шее. Ошейник доставлял ему немало неудобств. – Она злится.
– На тебя? – на всякий случай уточнил Андраст, понимая, впрочем, что в таком случае узы активировали бы карательное заклинание, скрутив раба в болезненных судорогах.
– Возможно, – задумавшись, ответил тот.
– Ты можешь говорить нормально? – не выдержал Андраст, нервно вскакивая. Показное равнодушие этого человека выводило командора из себя.
– Я не понимаю, о чем вы, ис командор.
Конечно, он не понимал. Андраст устало опустился на стул. Пятый Магистр обещал зайти после полудня, и командор уже ждал этой встречи с нетерпением, хотя на утреннюю шел с неохотой. На первой они говорили об организации порядка и последних приготовлениях к предстоящему празднику Урожая, когда Совет в полном составе проводил ритуал плодородия. В Эгрисси в первый осенний месяц на праздник стекались колоссальные толпы народа, и город начинал готовиться к нашествию заранее. В прошлом году праздник проходил без ритуала, Магистры были заняты подготовкой к войне, на что списывали низкий урожай уже в этом году. А ранее Андраст лишь выполнял поручения прошлого командора, не до конца осознавая, насколько сам тот в этом задействован. Реальность разочаровывала.
И мысли о пропавшей и наверняка страдающей исе Ие отвлекали, сколько бы Андраст ни пытался сосредоточиться на предстоящем мероприятии, все равно думал о произошедшем. Наконец он себя успокоил, что его это так волнует еще и потому, что это самым возмутительным образом нарушает спокойствие Эгрисси перед серьезным событием, когда Совет просил его обеспечить безопасность на самом высшем уровне.
А он так по-крупному облажался.
Может, и не так уж неправдоподобна версия про повстанцев из покоренного Асилума? Массовые гуляния могли послужить прекрасным случаем заявить о себе, а месяца вполне хватит, чтобы перекинуть силы в Эгрисси. Андраст искоса посмотрел на сидящего на диване мужчину. Руку от ошейника тот убрал, но, судя по побледневшему лицу, артефакт все еще доставлял ему немало неприятных ощущений. Это было странно. Обычно зачарованные ошейники действовали на рабов так, если хозяин действительно гневался на провинившегося раба и находился в непосредственной близости, но, видимо, чары, наложенные Пятым Магистром, отличались. Андраст не сильно вникал в принципы работы амулетов, расстроенный только тем, что дорога в Академию, что раскрыла бы все тайны, для него была закрыта.
– Я склонен думать, – сообщил Андраст после секундного размышления, и Метел повернул к нему голову в ожидании, что же еще скажет командор, – что…
Договорить он не успел. Распахнулась дверь, и в приемную вошел Магистр, внезапно без гиматиса, в обычном одеянии знатной персоны: верхнюю короткую тунику из темно-коричневой шерсти обхватывал широкий кожаный пояс, и ткань топорщилась, и добротные синие штаны, заправленные в высокие сапоги. Кроме кольца со знаком стихии – никаких опознавательных знаков или украшений. В таком виде никто бы никогда и не признал в нем одного из Пяти. Благородный ис, но не более.
Андраст встал, приветствуя Магистра, зло зыркнул на Максимиллиана, никак не отреагировавшего на появление мага. Рабам полагалось в таких случаях падать на колени, а гордый паршивец так и сидел, совершенно не осознавая своего места и положения. Это весьма раздражало командора.
