Рассматривая мускулы на груди бога-похитителя, она задумалась, а в курсе ли простачок Киро о замыслах родителей. Он, конечно, ни в коем случае не будет с ними спорить, Оре сложно было даже представить, что он пойдет против них. Им нужно было, чтобы сын учился в Академии, – и Киро грыз гранит науки, не чувствуя к магии ни малейшей склонности; они хотели, чтобы он после учебы был ближе к влиятельному родственнику, – Киро говорил, что делать нечего, придется корпеть на благо страны, когда ему хотелось совершенно другого. Киро мечтал стать стражем, но фабула с изображением дятла – не для наследника древнего семейства. Об этом юный наследник лишь горестно вздыхал.
Им всем всегда хотелось недостижимого, а это не находило отклика и понимания от близких и окружающих людей.
– Хочу домой, – заключила Ора. И под шум дождя, в столь неудобной позе, рассматривая фреску, она, заплаканная и вконец расстроенная, уснула.
Засаду на «олененка» – уже никак иначе простоватого юного иса Аэто они между собой не называли – у Академии поутру предложил сделать командор, и Макс нашел его идею приемлемой. Хотя, конечно, вспыльчивый юнец, возомнивший себя защитником города, его мнения не спрашивал. Командор ершился, стоило Максу что-либо ему сказать, но все равно вникал, переваривал и поступал правильно. У него явно был потенциал. И спустя сутки более тесного знакомства Максимиллиан с трудом признался сам себе, что командор более не вызывает у него раздражения, злости или ненависти. Лишь какое-то непонятное чувство, названия которому он не мог подобрать.
Проводить расследование с командором было явно занятнее и привычнее, чем коротать вечера в домике исы Ии. Почти весь вечер они потратили на просмотр детальных карт города, которые командор принес из хранилища и развернул перед рабом с большим сомнением, но потом все же махнул рукой, подозревая, что ничего нового Максимиллиан для себя не увидит.
Максимиллиан, конечно, увидел, принял к сведению, но вида не подал, сосредотачиваясь на важной для обоих задаче.
Поместье Аэто располагалось у реки, протекавшей через весь Эгрисси, на севере города. Большой дом с внутренним двором, отдельный домик для рабов, личные конюшни – семья пользовалась всеми благами, что могло принести родство с одним из пяти сильнейших магов, и по праву считалась одной из самых влиятельных и богатейших в городе. По планам выходило, что это самая настоящая крепость – не хватало лишь рва с крокодилами, как заметил вскользь командор, вызвав у Макса невольный вопрос, где ис Андраст нахватался подобных глупостей, ведь крокодилов в Эе сроду не водилось.
Юнец насупился, что-то буркнул, и Макс решил не уточнять, видел ли вообще тот вживую данных тварей, но сдержать ухмылку не смог.
– В одиночку не пробиться, – уставший командор уронил голову на скрещенные на столе руки. – Если только внаглую войти через главные ворота.
– Пожалуй, это отличная идея, – поразмыслив, сказал Макс, теребя ремешок ошейника. – По приглашению на прием, что они организуют на совершеннолетие «олененка», – пояснил он, когда командор на это хмыкнул.
Макс высвободил карту города из-под рук командора, аккуратно ее свернул и отложил. Подобные документы стоило хранить бережно.
– Сможете достать? – поинтересовался он.
Хмыканье стало громче. Макс посчитал это утвердительным ответом. Время неумолимо подходило ко второй страже. Эту ночь командор не участвовал в патруле, но отвлекся на раздачу профилактических выговоров стражам (устроенный разнос было прекрасно слышно через приоткрытое окно), затем вернулся в кабинет и, застав Макса внимательно изучающим планы Эгрисси, лишь попросил освободить командорский стул и стол. Макс без возражений перебрался на облюбованную с утра скамейку, которая по-прежнему напоминала жесткий тюфяк с мокрой соломой в камере тюрьмы под Башней Совета. Хотя тот, как показалось Максу, все же был мягче, шире, и из него уж точно не торчали цепкие сучья в самых неожиданных местах. Неудивительно, что долго он там не просидел, предпочтя то стоять около стола, склоняясь над картой, то, устав находиться в одной позе, парой простых упражнений разминать затекшие мышцы плеч и шеи около окна.
– Да, – командор поднял голову, взгляд у него был расфокусированный, будто ис Андраст умудрился за столь короткое время вздремнуть, а теперь не понимал до конца, кто он, где и о чем ведет беседу. Выматывать себя до такой степени было крайне неразумно. – Приглашение не проблема. Самое время поговорить с «олененком».
– Самое время все же вам поспать, ис командор.
Девушке пока что ничего не угрожало, а вымотанный двумя бессонными ночами и лишними переживаниями мальчишка мог натворить глупостей.
– Конечно, – отозвался командор, вставая из-за стола, – сейчас Академия закрыта. До первого утреннего часа.
Он кивнул в сторону скамейки.
