Капитан достал палетку с картой и быстро нашел указанный квадрат, высоту и хутор перед ней. Если он правильно ориентируется в пройденном расстоянии, то находится этот самый хутор без названия аккурат по ходу его движения. Километра два-три вперед по шоссе и примерно километр вправо по грунтовке. И кто там в окружение попал? Впереди, где-то за поворотами, катят мотострелки. Но они точно не из его 36-й бригады. Неужели, особисты с Буровым вляпались? Правда, судя по количеству автомобилей, они в той колонне были не одни — с ними шла и комендантская команда, и еще какие-то тыловые подразделения бригады. И чего их, спрашивается в задаче, с шоссе на хутор занесло, который хорошо в стороне расположен? Ладно. И что теперь? Бросить этих говнюков на произвол судьбы? Нехорошо будет. Неправильно. Буров там не один. Остальные бойцы из комендантского взвода и прочие нестроевики за эту подлую особую мразь не в ответе. Придется вмешиваться. Хотя, конечно, одним танком атаковать пехотный батальон с артиллерией, как-то не с руки. А с другой стороны — боекомплект под завязку, можно попробовать и шугануть мадьяр. А почему это собственно одним танком? А спешащие впереди на всех парах мотострелки?

Иванов скомандовал Гурину максимально увеличить скорость, а сам, переключившись тангентой с приемника на передатчик, вызвал примкнувшего к мотострелковой колонне со своей ремлетучкой Петрищева. Не сразу, но красноармеец, следящий у техников за рацией, ответил. Просьбу о помощи он тоже принял и сейчас лично Петрищев пытается с помощью сигнальных ракет остановить движущихся впереди него мотострелков. О! Похоже, им это удалось. Останавливаются. Как только Петрищев пообщается с их командиром — доложит Иванову или свяжет его с ним непосредственно.

Перекрикивая рев разогнанного до почти максимальных оборотов дизеля, Иванов связался в этот раз с попавшим в окружение отрядом. Представился радисту и пообещал в скором времени прийти на помощь. Всем списочным составом первого танкового батальона. Окруженные, если не дураки, поймут, что он один, а если враги сообщение перехватят — пусть дрожат в ожидании сразу трех десятков танков. Или разбегаются, пока еще есть время.

Пока тридцатьчетверка спешила на помощь, вышел на связь Петрищев. Мотострелки, к сожалению, уже успели отъехать дальше, чем на пять километров от проселка в сторону хутора. Майор-комбат связался со своим командованием и ему разрешили выслать помощь попавшим в беду танкистам. Но лишь в количестве одной роты. И без артиллерии. Иначе — никак. Остальных с нетерпением ждут в месте назначения. Уже лишних два часа ждут. Иванову рекомендуется, если он прибудет к месту ответвления проселочной дороги на хутор раньше автомобильного транспорта, подождать и обсудить с комроты капитаном Карпенко план предстоящих действий. Петрищев дополнил, что он сообщил пехотному капитану волну танкистов и что тот, вполне возможно, свяжется с Ивановым заранее. Снова переключившись с приемника на передатчик, Иванов вызвал окруженных тыловиков. Не сразу, но ему ответили, и он более подробно расспросил насчет обстановки. Тяжелая оказалась обстановка. И ухудшалась она ударными стахановскими темпами. Лавинообразно.

Перекрикивая громыхающую вокруг него пальбу, радист рассказал Иванову, что Буров вместе с группой особистов и бойцов из комендантского взвода засел в небольшой двухэтажной каменной усадьбе и старается не подпустить врага ближе. Красноармейцы прочих подразделений их колонны занимают еще несколько соседних домов, но их количество быстро тает. Венгры неожиданно атаковали сразу с нескольких сторон. Фактически окружили. С северного направления они выкатили просто в поле четыре противотанковые пушки и лупят осколочными. С высотки, что в трехстах метрах на севере, бьют станкОвые пулеметы. Под их прикрытием гонведы подбираются все ближе. Со всех сторон. Если помощь не подоспеет — венгры скоро ворвутся в дома.

Иванов решил, что дожидаться мотострелков не будет — окруженных к тому времени уже сомнут. И тут до него дошло, что фамилия комроты мотострелков ему знакома. Не с ним ли он в Польше бок обок сражался? Хотя, сама фамилия, Карпенко, не такая уж и редкая. Он вызвал Петрищева, но тот ничего толком пояснить не смог. Ремлетучка продолжала следовать с оставшимися двумя ротами на запад; самого капитана техник-лейтенант не видел; как зовут — не знает; волну их рации ему не дали, сказали — в целях сохранения секретности, мать их, дураков, так.

Перейти на страницу:

Все книги серии Как тесен мир

Похожие книги